Традиции Горького и Достоевского в социально-философской повести В. Распутина "Живи и помни"

  • Просмотров 110
  • Скачиваний 7
  • Размер файла 22
    Кб

Традиции Горького и Достоевского в социально-философской повести В. Распутина “Живи и помни” Советские писатели все чаще называют имена своих великих соотечественников: Достоевского, Толстого, Горького, используют их традиции в своем творчестве. “Два великих романа “Война и мир” и “Братья Карамазовы”, - говорит Ю. Бондарев, - это раздумье огромных художников о смысле жизни и смерти, о качествах добра и зла, главным образом

о поисках веры и нравственности, чему подчинена была вся жизнь этих ищущих полную истину титанов мысли”. Е. Сидоров подчеркивает чрезвычайную важность в современной литературе “мотивов того или иного принципиального выбора, который совершает герой”, значение самой “ситуации выбора”. Так, в романе “Преступление и наказание” широта охвата социальной жизни и одновременно глубина нравственно-философских исканий

проявляются прежде всего именно в “мотивах”, побуждающих героя к действию (преступлению) и в выборе”, мучительном для героя. Они же определяют образ Раскольникова как героя трагического. Выбираемый им арсенал “средств” для достижения целей (благородных) выступает, как сентиментальный, в противоречие с его благородным “бунтом” против несправедливо устроенного мира. Сам себя Раскольников хочет проверить (“опробовать”) на

“право имеющих”, и это также стало одним из “мотивов” его преступления. Раскольников убедился, что ему не удалось встать “по ту сторону добра и зла”: он мучается оттого, что совершенное поставило его на уровень самоубийства, на грань разрушения личности (“Тут так-таки разом ухлопал себя, навеки!”). Итак, трагедия налицо. Правомерно ли, однако, по аналогии с героем Достоевского искать трагедию в судьбе распутинского Андрея

Гуськова? Прежде чем ответить на этот вопрос, вспомнив финал судьбы Раскольникова. Достоевский намечает воскресение его измученного перерождения, совершенствования. Взаимная любовь дала счастье им обоим – Соне и Раскольникову. Им осталось ждать семь лет, “но в этих больных и бледных лицах уже сияла заря обновленного будущего, полного воскресения в новую жизнь”. Взаимная любовь Настены и Андрея Гуськова из повести Распутина