Тоталитаризм в изображении Ю.Домбровского: "Хранитель древностей", "Факультет ненужных вещей"

  • Просмотров 113
  • Скачиваний 8
  • Размер файла 17
    Кб

ВАКХАНАЛИЯ ЗЛА (ТОТАЛИТАРИЗМ В ИЗОБРАЖЕНИИ Ю. ДОМБРОВСКОГО: «ХРАНИТЕЛЬ ДРЕВНОСТЕЙ», «ФАКУЛЬТЕТ НЕНУЖНЫХ ВЕЩЕЙ») Юрий Домбровский — автор романов «Хранитель древностей» (1964) и «Факультет ненужных вещей» (1978), которые часто называют «дилогией свободы». В самом деле, в образе внешне незаметного, но внутренне несгибаемого музейного работника Георгия Зыбина писатель показал личность, бесстрашно бросившую вызов тоталитарной

системе и сумевшей отстоять свое человеческое достоинство. Более того, Ю. Домбровскому удалось воссоздать широкомасштабную, многомер­ную, объемную картину деспотии, изнутри вскрыть изощренный меха­низм бытования зла, обнажить его изнаночную потаенную мерзость. В его дилогии государственная машина насилия и подавления имеет четкую структуру. Наверху этой гигантской пирамиды находится сам «хозяин», чей образ

непосредственно включен в романное действие. Именно к нему — Сталину — устремляются волнующие Зыбина мысли, именно с ним хранитель музея, ставший зэком, ведет во сне до предела накаленный страстями спор о добре и зле, о правде и несправедливости, о прекрасных целях и средствах их достижения. Писатель в деталях воссоздает атмосферу невиданного страха, нагнетаемого сталинской машиной насилия, охватившего всю страну, проникшего

в общественную и в личную жизнь людей. «В мире сейчас ходит великий страх. Все всею боятся. Всем важно только одно: высидеть и переждать». В романе «Хранитель древностей» Домбровский сравнивает давление страха с силой невиданного по размерам удава, которыи становится символом удушения народа. В романе «Факультет ненужных вещей» возникает такой же выразительный образ мертвой рощи с бесчисленными «трупами деревьев», задушенных

«гибкой, хваткой, хлесткой змеей-повиликой»: «В этом лесу было что-то сродное избушке на курьих ножках, или кладу Кощея, или полю, усеянному мертвыми костями». По мере развития повествования зло все более сгущается и вместе с тем конкретизируется. И вот перед нами здание управления НКВД — сумрачное строение на площади, убивающее «своей однотонностью, безысходностью и мертвой хваткой», намертво зажимающее собой «целый квартал».