Толстой Собрание сочинений том 19 избранные письма 1882-1899 — страница 3

  • Просмотров 6773
  • Скачиваний 9
  • Размер файла 588
    Кб

мне мою деятельность, если еще она предстоит мне; и сблизила нас с тобою больше, чем прежде. Чтото ты напишешь нынче? Ты об себе не пишешь,– как здоровье. Пожалуйста, не сдерживайся в письмах, а валяй, как бог на сердце положит. Я нынче ходил на шоссе к большому мосту перед обедом; и все злился на Толстую*. В Тулу ездят на колесах, и на Козловку уже едва ли проедешь на санях. В низах вода; но и воды, и снега мало, везде проехать можно.

Чтото дети большие? Не грубят ли? Они именно грубят, а ты огорчаешься. Грубить весело, даже никому, просто сделать, что нельзя. Ангелы*, те не огорчают. Здоровье Миши как? Я нынче думал о больших детях. Ведь они, верно, думают, что такие родители, как мы, это не совсем хорошо, а надо бы много получше, и что когда они будут большие, то будут много лучше. Так же, как им кажется, что блинчики с вареньем – это уже самое скромное и не может быть

хуже, а не знают, что блинчики с вареньем это все равно, что 200 тысяч выиграть. И потому совершенно не верно рассужденье, что хорошей матери должны бы меньше грубить, чем дурной. Грубить – желанье одинаковое – хорошей и дурной; а хорошей грубить безопаснее, чем дурной, поэтому ей чаще и грубят. Что Сережа брат, долго ли пробудет? Хотелось бы его увидеть. Прощай, душенька. Будем живы, скоро увидимся, и будем так же, как и теперь, любить.

Опять возвращаюсь с твердым намерением как можно меньше говорить. Да и нельзя. Я не буду лгать, если буду говорить, что болен нервами. Я затягиваюсь этим задором. Что о приговоренных?* Не выходят у меня из головы и сердца. И мучает, и негодованье поднимается, самое мучительное чувство. 4. H. H. Страхову 1882г. Марта 12? Ясная Поляна. Дорогой Николай Николаевич! Виноват, что долго не отвечал вам*, виноват, потому что знаю, что ответ мой о вашей

книге* вам интересен и молчание тяжело. Я как получил, так и прочел ее. Статьями о Герцене* я был восхищен, статьей о Милле* удовлетворен, но статьями о коммуне и Ренане* не удовлетворен. Позитивисты говорят, что то, о чем люди думают и всегда думали,– пустяки и не надо о том думать. Они не имеют права этого говорить и выходят из затруднения, отрицая его. Это неправильно. Вы делаете то же, но хуже. Вы отрицаете не то, что думают – а то,

что делают люди. Вы говорите – они делают вздор. Задача в том, чтобы понять, что и зачем они это делают. Этим мне не понравилась ваша книга. Простите не за правду, а за правдивость. Я устал ужасно и ослабел. Целая зима прошла праздно. То, что, помоему, нужнее всего людям, то оказывается никому не нужным. Хочется умереть иногда. Для моего дела смерть моя будет полезна. Но если не умираю, еще, видно, нет на то воли отца. И часто, отдаваясь