Толстой Чем люди живы — страница 9

  • Просмотров 596
  • Скачиваний 9
  • Размер файла 32
    Кб

жить барин, ‑ Что ты! ‑ От вас до дома не доехал, в возке и помер. Подъехала повозка к дому, вышли высаживать, а он как куль завалился, уж и закоченел, мертвый лежит, насилу из возка выпростали. Барыня и прислала, говорит: "Скажи ты сапожнику, что был 1000 , мол, у вас барин, сапоги заказывал и товар оставил, так скажи: сапог не нужно, а чтобы босовики на мертвого поскорее из товару сшил. Да дождись, пока сошьют, и с собой босовики

привези". Вот и приехал. Взял Михайла со стола обрезки товара, свернул трубкой, взял и босовики готовые, щелкнул друг об друга, обтер фартуком и подал малому. Взял малый босовики. ‑ Прощайте, хозяева! Час добрый! VIII Прошел и еще год, и два, и живет Михайла уже шестой год у Семена. Живет по‑прежнему. Никуда не ходит, лишнего не говорит и во все время только два раза улыбнулся: один раз, когда баба ему ужинать собрала, другой раз на

барина. Не нарадуется Семен на своего работника. И не спрашивает его больше, откуда он; только одного боится, чтоб не ушел от него Михайла. Сидят раз дома. Хозяйка в печь чугуны ставит, а ребята по лавкам бегают, в окна глядят. Семен тачает у одного окна, а Михайла у другого каблук набивает. Подбежал мальчик по лавке к Михайле, оперся ему на плечо и глядит в окно. ‑ Дядя Михайла, глянь‑ка, купчиха с девочками, никак, к нам идет. А

девочка одна хромая. Только сказал это мальчик, Михайла бросил работу, повернулся к окну, глядит на улицу. И удивился Семен. То никогда не глядит на улицу Михайла, а теперь припал к окну, глядит на что‑то. Поглядел и Семен в окно; видит ‑ вправду идет женщина к его двору, одета чисто, ведет за ручки двух девочек в шубках, в платочках в ковровых. Девочки одна в одну, разузнать нельзя. Только у одной левая ножка попорчена ‑ идет,

припадает. Взошла женщина на крыльцо, в сени, ощупала дверь, потянула за скобу отворила. Пропустила вперед себя двух девочек и вошла в избу. ‑ Здорово, хозяева! ‑ Просим милости. Что надо? Села женщина к столу. Прижались ей девочки в колени, людей чудятся. ‑ Да вот девочкам на весну кожаные башмачки сшить. ‑ Что же, можно. Не шивали мы маленьких таких, да все можно. Можно рантовые, можно выворотные на холсте. Вот Михайла у

меня мастер. Оглянулся Семен на Михайлу и видит: Михайла работу бросил, сидит, глаз не сводит с девочек. И подивился Семен на Михайлу. Правда, хороши, думает, девочки: черноглазенькие, пухленькие, румяненькие, и шубки и платочки на них хорошие, а все не поймет Семен, что он так приглядывается на них, точно знакомые они ему. Подивился Семен и стал с женщиной толковать ‑ рядиться. Порядился, сложил мерку. Подняла себе женщина на