Теория пассионарности и этногенеза — страница 8

  • Просмотров 278
  • Скачиваний 12
  • Размер файла 64
    Кб

непосредственно в историческом процессе? Гумилев считает, что сам факт мутации в подавляющем коли­честве случаев ускользает от современников или воспринима­ется ими сверхкритично: как чудачество, сумасшествие, дурной характер и тому подобное. Только на длительном, около 150 лет, отрезке становится очевидным, когда начался исток традиции. Но даже это удается установить не всегда. Зато уже начавшийся процесс этногенеза, или,

что - то же самое, набухание популя­ции пассионарностью и превращение ее в этнос, нельзя не за­метить. Поэтому мы можем отличить видимое начало этноге­неза от пассионарного толчка. Причем, как правило, инкуба­ционный период составляет около 150 лет. 2.2. Фазы этногенеза. Даже тогда, когда этнос распался и перестал существовать как системная целостность, остаются либо отдельные конвиксии, либо отдельные персоны, причем

последние оставляют в истории более заметный след. Так, в Константинополе, взятом турками, осталась патриархия в квартале Фанар. Обитатели это­го квартала - фанариоты долго жили, пользуясь милостью султанов, уважавших пророка Ису и мать его Мариам. Только в 1821 г. после восстания морсйских греков славянского происхождения, безжалостно вырезавших мусульман, султан Махмуд II приказал повесить патриарха и уничтожил последних

византийцев, жив­ших уже без Византии. Но ведь пока они существовали, они по­мнили о своем прошлом величии и блеске! Пусть даже это не имело значения для истории, но этнограф должен отметить сам факт наличия осколка прошлого, а этнолог обязан это интер­претировать. А вот отдельные персоны, эмигранты, имели осо­бые судьбы в зависимости от места, куда они попали. Во Фло­ренции они обучали гуманистов греческому языку и

элоквенции, в Испании портреты грандов рисовал Эль-Греко, в Москве учил и действовал Максим Грек и т. д. Этой инерции хватило ненадол­го, но эстафета культурной традиции была передана. Таким же пережитком своего этноса был Сидоний Апполинарий, уже ставший христианином и епископом Клермонским в 471 г. Он был очень хорошо устроен при варварских королях, но в письмах изливал невероятную горечь, возникшую от недо­статка

культурного общения. Никто из собеседников не мог оце­нить его знаний в латинской филологии. Окружавшие его боро­датые бургунды были либо заняты войной, либо пьяны. Наиболее обильный материал по этой фазе, которую мож­но назвать «мемориальной», имеется в фольклоре и пережиточ­ных обрядах так называемых «отсталых племен». Замечательные произведения устного творчества имеются у алтайцев, киргизов и, вероятно, у