Тема человеческой судьбы в одном из произведений русской литературы А.Т. Твардовский. Василий Тё

  • Просмотров 56
  • Скачиваний 7
  • Размер файла 16
    Кб

Тема человеческой судьбы в одном из произведений русской литературы (А.Т. Твардовский. "Василий Тёркин"). Автор: Твардовский А.Т. "Василий Тёркин" остается одной из самых любимых и знаемых в народе книг. И объясняется это в немалой степени именно ее созвучием нашей современности. Созвучием в самом коренном и главном — в нравственной атмосфере книги, в том общем отношении поэта к миру и к человеку, которое явно или

скрыто живет в каждой ее строке. На страницах "Книги про бойца" царит дух искренности и свободы. Эта внутренняя творческая свобода художника сказывается здесь во всем: и в удивительной, поистине пушкинской естественности стиха, и в мудрой простоте живого, точного слова, и в непринужденности доверительных обращений к другу-читателю. А самое главное, она находит выражение в бескомпромиссной правдивости и честности этой

книги, знаменитой своей бодростью и юмором, но ни в чем не обошедшей, не сгладившей тяжесть и горечь войны. Откровенно и прямо говорит поэт о горечи отступления, о тяготах солдатского быта, о страхе смерти, о горе бойца, который спешит в только что освобожденную родную деревню и узнает, что нет у него больше ни дома, ни жены, ни сына. Надолго западают в душу простые и потрясающие строки о том, как ...бездомный и безродный, Воротившись

в батальон, Ел солдат свой суп холодный После всех, и плакал он На краю сухой канавы, С горькой, детской дрожью рта, Плакал, сидя с ложкой в правой, С хлебом в левой, — сирота. Правда, которую несет в себе поэма Твардовского, бывает подчас очень горька, но никогда не бывает холодна. Она неизменно согрета сердечным сочувствием, братской любовью автора к людям нашей армии и вообще к "нашим" — это доброе слово военного времени не

раз звучит в "Книге про бойца". Любовь и доброта присутствуют здесь не в виде каких-то специальных объяснений и заявлений — нет, они образуют стихию, которая живет решительно в каждой клеточке повествования, в самой его интонации, образном строе и словаре. Поглядеть — и впрямь — ребята! Как, по правде желторот, Холостой ли он, женатый, Этот стриженый народ. Мимо их висков вихрастых, Возле их мальчишьих глаз Смерть в бою