Техника комического в повести А.Н.Толстого "Золотой ключик, или приключения Буратино" — страница 5

  • Просмотров 146
  • Скачиваний 7
  • Размер файла 26
    Кб

бы, нейтрального регистратора случившегося, лишь последовательно перечисляет действия, производимые персонажами. Но неожиданно он включает в свою речь комментарии, которые заставляют нас изменить точку наблюдения, занять позицию “над схваткой”. Вот некоторые из этих комментариев: “Мальвина испуганно вскрикнула, хотя ничего не поняла. Пьеро, рассеянный, как все поэты, произнес несколько бестолковых восклицаний, которые мы

здесь не приводим”(VIII, 228). “Двери хлопали. Воробьи отчаянно тараторили на кусте. Ласточки проносились над самой землей. Сова для увеличения паники дико захохотала на чердаке”(VIII,228). “Когда они, — то есть Буратино, мужественно шагающий впереди собаки, Мальвина, подпрыгивающая на узлах, и позади Пьеро, начиненный вместо здравого смысла глупыми стихами, — когда они вышли из густой травы на гладкое поле, — из леса высунулась

всклокоченная борода Карабаса Барабаса”(VIII,229). Таким образом, повествователь занимает двойную позицию: он и рядом со своими героями, боится их страхами, полон их тревогами, но он же одновременно и над изображаемым кукольным мирком. Отсюда, на первый взгляд, стилистически “чужеродны” вкрапления приводимых комментариев. Мы знаем, что А.Толстой достаточно плодотворно и много работал для театра. Его пьесы ставились на больших

сценах страны. Бывали периоды, когда писатель даже в большей степени считал себя драматургом, чем прозаиком. Накопленный немалый драматургический опыт непосредственно влиял и на повествовательную технику, на поэтику прозы. Это обнаруживается и в использовании выразительных возможностей драматургических ремарок, “трансплантированных” в ткань прозаического повествования, и в особом, динамизированном диалоге, когда реплики

персонажей стремительно сменяют друг друга, оставляя впечатление фрагмента пьесы в “чистом” виде. Подобные черточки можно увидеть, в частности, и в “Золотом ключике”. Повесть порой напоминает киносценарий, настолько она динамична и лишена уводящих в сторону, растянутых и статичных описаний. Кроме того, вспомним, почему А.Толстой-прозаик исключительное внимание уделял изобразительным возможностям глагола. Отображаемое

писателем внешнее движение — это часто универсальный в семантическом плане ключ и к психологии героя, и к пониманию исторического события, и к реализации общего замысла произведения в целом. Созидаемый А.Толстым художественный мир — это прежде всего мир движущийся, меняющийся буквально на наших глазах. Отдельные сценки повести “Золотой ключик” напоминают стремительно развертывающиеся эпизоды какой-нибудь кинокомедии.