Тайна человека в романе "Бедные люди"

  • Просмотров 392
  • Скачиваний 8
  • Размер файла 35
    Кб

Тайна человека в романе "Бедные люди" К. Степанян В августе 1839 года, в письме к брату Михаилу, Достоевский писал: “Человек есть тайна. Ее надо разгадать, и ежели будешь ее разгадывать всю жизнь, то не говори, что потерял время; я занимаюсь этой тайной, ибо хочу быть человеком”1 . Первым известным нам произведением, в котором Достоевский начал постижение этой тайны, стал роман “Бедные люди”. Долгое время этот роман

прочитывался исключительно в социальном ключе, как, во-первых, художественное доказательство того, что и в самых забитых и униженных человеческих существах таятся высокие и сложные мысли и чувства, и во-вторых, как протест против социальных несправедливостей, обрекающих подобных людей на страдание. Только В. Майков, из-за ранней смерти которого Достоевский лишился, видимо, одного из самых проницательных своих критиков,

заметил, что по мере внимательного прочтения романа читатель будет продолжать открывать в нем новые, не замеченные прежде тонкие психологические штрихи: так, он считал, что в глубине души Варенька отторгала любовь Девушкина и “томилась преданностью” его и этим объясняется интонация ее последних писем. Но советы Майкова долго не были услышаны. Даже в во многом новаторской и замечательной по своим выводам книге . В. Ветловской2

утверждается, что главная причина трагедии героев этого романа — социально-экономический “порядок вещей”. Лишь в последнее время стали появляться иные прочтения. Несколько лет назад мне довелось посмотреть камерный спектакль А. Филиппенко по этому роману; там впервые для меня прозвучала мысль, что герои Достоевского — Макар и Варенька — бедные главным образом потому, что не слышат друг друга. Отмечу также тенденцию к новому

прочтению романа в работе Е. Кунильского “Смех, радость и веселость в романе “Бедные люди”” (1994)3 . В 1998 году в журнале “Dostoevsky studies” появилась статья американской исследовательницы Кэрол Флэт ““Бедные люди”: аллегория Тела и Разума”, где, наряду с попыткой фрейдистского анализа романа, была высказана мысль об антагонизме ума и тела, то есть сознательного и бессознательного, или, как мы бы сказали, духа и плоти как центральной