Таинственная поэтика «Сказания о Мамаевом побоище» — страница 6

  • Просмотров 1451
  • Скачиваний 9
  • Размер файла 62
    Кб

Ивановича, что сопровождалось мистическим явлением: "в шестую годину" некий "самовидец" узрел среди ясного неба низко опустившееся над "полком великого князя" багряное облако со множеством простертых из него рук. Наблюдая превосходство "поганых", начальник засадного полка князь Владимир Андреевич рвётся в бой. Но воевода и знаток таинственных знамений Дмитрий Волынец останавливает его: "Не уже пришла

година наша!… мало убо потерпим до времени подобна, вън же час имаем въздарие отдати противником и от сего часа имат быти благодать Божиа и помощь христианом". И вот, когда "приспе" восьмой час и "духу южну потянувши" [30], русская засада выступила, и "милостию …Бога, и …Матери Божиа, и молением и помощию… Бориса и Глеба" Мамай был побеждён [31]. Более ранняя "Повесть" содержит совершенно иную хронологическую и

фактографическую интерпретацию хода сражения. Битва началась 8 же сентября, но в субботу. По истечении "третьаго часа" утра русские перешли через Дон. "В шестую годину дни" противники сошлись [32] и бились "от 6-го часа до 9-го". "В 9 час дни призри Господь… на вси князи рустии… видиша бо вернии, в 9 час бьющеся, ангели помагают крестьяном" — а именно святые Георгий Победоносец, Димитрий Солунский, Борис и Глеб во

главе с архистратигом Михаилом. Одновременно в стане Мамая увидели "тресолнечный полк и пламенные их стрелы" [33]. Это и стало моментом победы для одних и поражения для других. Как видно, в "Повести" нет речи ни о поединке, ни о засадном полке, ожидающем "подобного" часа для выступления, нет указания на "дух южный", а также иначе рассказано о небесной помощи русичам. Содержательно сюжет "Повести" проще, и

вместе с тем отличающие его хронометрические указания ассоциативно яснее в плане их соотнесённости с библейским контекстом (в 3-м часу Христа распяли, в 6-м внезапно наступила тьма на земле, в 9-м Спаситель "испустил дух" — Мк. 15: 25-37) и с литургическим временем (в частности, с последованием часов). Знаковая сила триады, прямо и прикровенно представляемой числовыми индексами (кроме 3, ещё 6 и 9 как кратные 3), весьма выразительно

подчёркивается здесь также лексически, — образом небесного тресолнечного воинства. Такая организация повествовательных деталей определённо должна была и отражать и порождать единственно возможную мысль о законном, благодаря Божию заступлению, торжестве символизируемого тройкой христианства над "содомлянами". Аналогичное использование числа 3 можно наблюдать, например, в тексте "Девгениева деяния" [34].