Святитель Николай Сербский (Велимирович) - Феодул, или раб Божий - 2005 — страница 4

  • Просмотров 5986
  • Скачиваний 6
  • Размер файла 358
    Кб

микроскоп, одинаково изумляет. Расстояние между познанным и непознанным не уменьшается никак; нет, оно увеличивается. В лабиринте жизни люди не смогли самостоятельно нащупать ни дверей, ни окон. Приходят без конца к новым поворотам, перевалам и перекресткам здесь, в этом лабиринте мира, но никак не к двери или к окну. Есть ли в Пестром городе двери и окна? Есть ли от него ключи и кто держит ключи от Пестрого города в своей руке? Это

ветхие-преветхие вопросы, ни одно поколение не оставлявшие равнодушным и никогда не смолкавшие в устах человеческих. Одно только было изо всего этого ясно: мы из праха появляемся и в прах уходим. Колыбель никогда не могла насытить кладбище, а кладбище не могло остановить ветер, чтобы он не развевал его пыль и не брал ее для созидания новых тел. Солнце высвечивает различия – в темноте все кажется одинаковым. Темная ночь делает

одинаковым все, как могила. В такую ночь Пестрый город не пестр. Так и человек проснувшийся видит различия, а для спящего все одинаково, он как ночь, как могила. Разве ты не чувствуешь, Феодул, что и в человеке есть нечто подобное солнцу и тьме? Иначе откуда бы человек имел свойство солнца – различать и свойство ночи – представлять все одинаковым? Что тут главное и что вторичное в человеке? И это тоже ветхий-преветхий вопрос жителей

Пестрого города и странствующих в лабиринте. Вопрос, проглоченный, но непереваренный, обдуманный, но нерешенный. Этот вопрос волнует всех, кто до сих пор, как я и ты, говорит о человеке только как о пыли. Ведь кажется, что пыль человеческого бытия не только пыль, что она скрывает в себе нечто, что не есть пыль; нечто, что иногда выныривает из пыли, как утопающий из глубин воды, что контролирует пыль, что даже властвует над пылью. Ах,

Феодул, мы должны с тобой направиться в более древнюю пыль. Та, на которой сидим, кажется новой, ветром недавно навеянной, и люди на ней еще мало успели поразмышлять и мало ее тайн выведали. Пойдем же в Индию – матерь всех философий, всех интеллектуальных поисков и всех заблуждений, имевших место до Пришествия чаемого Мессии мира. Индия – Аум, аум, ом, ом, ом! – вся Индия шепчет это слово днем и ночью: горожане и селяне, брамины и

парии4 , мудрецы и простецы, риши и гуру5, йоги и факиры, от Цейлона до Гималаев и за ними, от Бенареса до арабской Джабы6. На всех человеческих языках нет другого слова, которое люди произносили бы чаще и понимали бы меньше. Древние толкователи Вед7 , во всяком случае, знали значение этого слова. Ману8 и Вальмики9 должны были знать. А также Будда10, который дни и ночи проводил в проговаривании слова «аум» («ом») и учил своих учеников, как