Стихи о Прекрасной Даме — страница 4

  • Просмотров 3979
  • Скачиваний 253
  • Размер файла 37
    Кб

предметам и окрашивал им свои ранние стихи. Таинственный сумрак , таинственный мол , таинственное дело ,таинственные соцветия -всюду были у него тайны и таинства. И тайной тайн была для него та Таинственная , которой он посвятил свою первую книгу и которую величал в этой книге Вечной Весной , Вечной Надеждой , Вечной Женой , Вечно Юной , Недостижимой , Непостижимой , Несравненной , Владычицей , Царевной , Хранительницей ,Закатной

Таинственной , Девой. Таинственность была её главное свойство. Мы не знали , кто она ,г де она , какая она , знали только ,что она таинственна. Лишите её этой таинственности , и она перестанет быть. Её образ вечно зыблется , клубится , двоится , на каждой странице иной : не то она звезда , не то женщина , не то икона , не то скала , озарённая солнцем. Только та уклончивая, сбивчивая , невнятная , дремотная речь , которую Блок овладел с таким

непревосходимым искусством на двадцатом или двадцать первом году своей жизни , могла быть применена к этой теме. Только из недр такого зыбкого , расплывчатого стиля мог возникнуть этот зыбкий , расплывчатый миф. Если бы Блоку не было дано говорить непонятно , его тема иссякла бы на первой же странице. Всякое отчётливое слово убило бы его Прекрасную Даму. Но он всегда говорил о ней так , будто он уже за чертой человеческой речи ,

будто он пытается рассказать несказанное , будто все слова его - только намеки на какую-то неизреченную тайну. Всё было хаотично в этих дремотных стихах ,но с самого начала в них чётко и резко выделились два слова ,два образа ,повторявшиеся чуть не на каждой странице: свет и тьма ,-так что , в сущности ,всю первую книгу Блока – « Стихи о Прекрасной Даме » , можно было бы назвать « Книгой о Свете и Тьме ». Первая же строка в этой книге

говорила о свете и тьме: Пусть светит месяц – ночь темна. И если перелистать её всю , в ней не найдёшь ни человеческих лиц , ни вещей , а только светлые и тёмные пятна , бегущие по ней беспрестанно. Следить за этими светлыми и тёмными пятнами было почти единственной заботой поэта. Замечательно , что себя самого он постоянно чувствовал во мраке: Ступлю вперёд – навстречу мрак , Ступлю назад – спелая мгла. И единственным огнём его ночи

была та , кого он называл Лучезарная. Всё , то есть в природе огневого и огненного , было связано для него с её образом , а всё , что не она , было тьма. Стоило ему упомянуть о ней , возникало видение огня : либо светильника , либо горящего куста , либо зари , либо маяка , либо пожара , либо звезды , либо пламени. И к звукам он прислушивался только к таким , которые говорили о Ней ; все другие звуки казались ему докучливым шумом , мешающим