Стендаль. "Красное и черное" — страница 8

  • Просмотров 3268
  • Скачиваний 274
  • Размер файла 18
    Кб

Начинающаяся любовь, растущая в продолжение ме­сяца, прогулки по саду, блестящие глаза Матильды и от­кровенные разговоры, очевидно, длились слишком долго, и любовь превращалась в ненависть. Оставаясь наедине с собой, Жюльен мечтал о мести. «Да, она красива,— говорил Жюльен, сверкая глазами как тигр,— я овладею ею, а потом уйду. И горе тому, кто попробует меня задер­жать!» Так ложные представления, внушенные обще­ственными

традициями и больным самолюбием, вызывали мучительные раздумья, ненависть к любимому существу и убивали здравую мысль. «Я восхищаюсь ее красотой, но боюсь ее ума»,—говорит подписанный именем Мериме эпиграф к главе под названием «Власть юной девушки». Любовь Матильды началась потому, что Жюльен стал аргументом в ее борьбе против современного общества, против ложной цивилизации. Он был для нее спасением от скуки, от

механического салонного существования, но­востью психологического и философского плана. Затем он стал образцом новой культуры, построенной на ином на­чало — природном, личном и свободном, как будто даже руководителем в поисках новой жизни и мышления. Ли­цемерие его было сразу понято как лицемерие, как необходимость для того, чтобы скрыть подлинное, в нравствен­ном отношении более совершенное, но для современного общества

неприемлемое миропонимание. Матильда поня­ла его как нечто родственное, и это духовное единство вызвало восхищение, настоящую, естественную, природ­ную любовь, захватившую ее целиком. Эта любовь была свободной. «У меня с Жюльеном,— размышляла Матиль­да, как всегда, наедине с собой,— никаких контрактов, никаких нотариусов, предваряющих мещанский обряд. Все будет героическим, все будет предоставлено случаю». А случай здесь

понимается как свобода, возможность поступать так, как того требует мысль, потребность души, голос природы и истины, без придуманного обществом насилия. Она втайне гордится своей любовью, потому что видит в этом героизм: полюбить сына плотника, найти в нем нечто достойное любви и пренебречь мнением света,— кто бы мог совершить такое? И она противопоставляла Жюльена своим великосветским поклонникам и терзала их оскорбительными

сравнениями. Но это «борьба с обществом». Так же как окружаю­щие ее благовоспитанные люди, она хочет завоевать вни­мание, произвести впечатление и, как это ни странно, апеллировать к мнению великосветской толпы. Ориги­нальность, которой она добивается явно и тайно, ее поступки, мысли и страсти, разгорающиеся при завоева­нии «исключительного существа, презирающего всех дру­гих»,— все это вызвано сопротивлением обществу,