Стендаль. "Красное и черное" — страница 7

  • Просмотров 3271
  • Скачиваний 274
  • Размер файла 18
    Кб

спальню г-жи де Реналь. Происходит некоторое замешательство. «И тут у Жюльена вылетели из головы все его тщеславные бредни, и он стал просто самим собой. Быть отвергнутым такой прелестной жен­щиной показалось ему величайшим несчастьем. В ответ на ее упреки он бросился к ее ногам и обхватил колени. А так как она продолжала бранить его... он вдруг разры­дался... любовь, которую он к себе внушил, и то неожи­данное впечатление, какое

произвели на него ее прелести, даровали ему победу, коей он никогда не достиг бы... сво­ими неуклюжими хитростями». Так Жюльен Сорель из человека цивилизации превращается в человека природы, с чувствами естественными и, следовательно, подлинно общественными, на которых должны возникнуть законы общежития. И он, никогда до того не знавший любви и никем, не любимый, испытывал блаженство быть самим собой. История взаимоотношений

между плебеем-завоева­телем и аристократкой Матильдой, презирающей бесхарактерную светскую молодежь, беспримерна по оригинальности, точности и тонкости ри­сунка, по естественности, с какой изображены чувства и поступки героев в самых необыкновенных ситуациях. Жюльен без памяти был влюблен в Матильду, но ни на минуту не забывал, что она в ненавистном лагере его классовых врагов. Матильда сознает свое превосходст­во над

окружающей средой и готова на «безумства», чтобы вознестись над ней. Но ее романтика - чисто го­ловная. Она решила, что станет вровень со своим пред­ком, чья жизнь была полна любви и преданности, опасностей и риска. Надолго овладеть сердцем рассудочной и своенравной девушки Жюльен может лишь сломив ее гордыню. Для этого надо скрывать свою нежность, замораживать страсть, расчетливо применять тактику многоопытного денди Коразова.

Жюльен насилует себя: снова он должен не быть самим собою. Наконец, высокомерная гордость Матильды надломлена. Она решает бросить вызов обществу и стать женою плебея, уверенная, что только он достоин ее любви. Но Жюльен, уже не веря в постоянство Матильды, и теперь вынужден играть роль. А притворяться и быть счастливым – невозможно. Так же как в его отношениях с г-жой Реналь, Жюльен боялся обмана и презрения со стороны влюбленной в

него женщины, а Матильде иногда казалось, что он ведет с ней фальшивую игру. Сомнения воз­никали часто, «цивилизация» мешала естественному раз­витию чувств, и Жюльен опасался, что Матильда вместе с братом и поклонниками смеются над ним, как над взбунтовавшимся плебеем. Матильда отлично понимала, что он не верит ей. «Надо только уловить такой момент, когда у него загораются глаза,— думала она.—Тогда он поможет мне лгать».