Становление Великой Руси — страница 7

  • Просмотров 1871
  • Скачиваний 142
  • Размер файла 54
    Кб

Протоколы допросов, а также заключедше комиссии о причинах смерти Дмитрия сохра­нились до наших дней. Однако существует мнение, что основная часть угличских материалом дошла до нас в ви­де беловой копии, составители которой то ли ограничи­лись простой перепиской имевшихся в их распоряжении черновых документов, то ли произвели из них некую вы­борку, а возможно, и подвергли редактированию. Тща­тельное палеографическое

исследование текста «обыска», проведенное сначала В. К. Клеймом, а затем А. П. Богдановым, в значительной мере рассеивает подозрения насчет сознательной фальсификации следственных мате­риалов в момент составления их беловой копии . Основ­ной материал переписан семью разными почерками. Входившие в комиссию подьячие провели обычную ра­боту по подготовке следственных материалов к судопроизводству. В подавляющем большинство

случаев показа­ния свидетелей-угличан отличались краткостью, и подья­чие, записав их, тут же предлагали грамотным свидете­лям приложить руку. По крайней мере двадцать свиде­телей подписали па обороте свои «речи». Их подписи строго индивидуализированы и отражают разную степень грамотности, довольно точно соответствовавшую их общественному положению и роду занятий. В следственную комиссию вошли очень авторитетные лица,

придержи­вавшиеся разной политической ориентации. Скорее всего, по инициативе Боярской думы руководить расследовани­ем поручили боярину Василию Шуйскому, едва ли не самому умному и изворотливому противнику Годунова, незадолго до этого вернувшемуся из ссылки. Его помощ­ником стал окольничий А. П. Клешнин. Он поддерживал дружбу с правителем, хотя и доводился зятем Григорию Нагому, состоявшему при царице Марии в Угличе. Вся

практическая организация следствия лежала на главе Поместного приказа думном дьяке Е. Вылузгине и его подьячих. По прошествии времени следователь В. Шуйский не раз менял свои показания относительно событий в Угличе, но комиссия в целом своих выводов не пере­сматривала. Составленный следственной комиссией «обыск» сохра­нил не одну, а по крайней мере две версии гибели царе­вича Дмитрия. Версия насильственной смерти всплыла в

первый день дознания. Наиболее энергично ее отстаи­вал дядя царицы Марии Михаил Нагой. Он же назвал убийц Дмитрия: сына Битяговского — Данилу, его пле­мянника — Никиту Качалова и др. Однако Михаил не смог привести никаких фактов в подтверждение своих обвинений. Его версия рассыпалась в прах, едва загово­рили другие свидетели. Когда позвонили в колокол, по­казала вдова Битягойского, «муж мой Михаиле и сын мой в те поры ели у себя