Соколов а. г. - Художественные особенности прозы саши соколова

  • Просмотров 182
  • Скачиваний 4
  • Размер файла 19
    Кб

Соколов а. г. - Художественные особенности прозы саши соколова     Я нить свою тяну из стран теней...    Из школ теней, и мы тех школ питомцы.Виктор Соснора    Саша Соколов - русскоязычный писатель современного литературного зарубежья. На обложке первого изданного романа Соколова читатели могли прочесть слова Владимира Владимировича Набокова: “Школа для дураков” -обаятельная, трагическая и

трогательнейшая книга". Мастер как бы передавал сбереженную в изгнании лиру долгожданному наследнику.    Отсюда и возник соблазн, которому поддаются многие, пишущие о " Школе для дураков", - видеть в Саше Соколове одного из питомцев Набокова. Однако, в интервью журналу "Октябрь ' писатель утверждает, что он не читал ко времени создания первого романа ни одной книги Набокова. А ведь мало кому из прозаиков,

искавших в 70-е годы новые способы работы с русским словом, удалось избежать прямого или косвенного воздействия автора "Дара" и "Лолиты".    В самом отношении к языку эти писатели сильно расходятся. Нигде у Саши Соколова мы не почувствуем стремления отшлифовать слово до абсолютной прозрачности, как у Набокова. Напротив, слово Соколова выпукло, многосоставно, оно постоянно отслаивается все новыми значениями.

Так, пригородная железнодорожная ветка, по которой герой некогда ездил на дачу, оборачивается цветущей веткой акации, в свою очередь, превращающейся в школьную учительницу ботаники Вету Акатову - предмет мальчишеской страсти рассказчика.    В мире Саши Соколова неодушевленные предметы и явления, будь то велосипед, бочка или флюгер, не говоря уже о ветре, реке и лилии, наделены характером и способностью воздействовать

на сюжет. Писатель стремится полностью подчинить себя языковой стихии. "Выкатим на свет Божий бочку повествования - и выбьем, наконец, затычку", - рассуждает его литератор, Запойный Охотник из романа "Между собакой и волком". Дальше освобожденный словесный поток движется уже как бы по своей воле. Он обрушивается многостраничными каскадами однородных периодов и, прорывая линию сюжета, уходит в сторону, чтобы, кружа и