Сновидение как механизм модернизации традиционной культуры Тибета — страница 7

  • Просмотров 259
  • Скачиваний 4
  • Размер файла 25
    Кб

школ «было глубоко связано с общественной демонстрацией превосходства собственной религиозной традиции над другими» [Doctor, р. 31]. Ответом на эту критику выступило внедрение в религиозную практику нингма традиции обнаружения учений-терма для подтверждения аутентичности собственной традиции. Несколько позднее подход к включениям инноваций через пророческие сновидения, открытый сиддхами, начинает активно использоваться и

отрицавшими традицию терма представителями школ сарма. Теперь уже указание на махасиддхов, являющихся в снах и видениях их тибетских преемников, становится основанием для появления и канонизации новых учений, как, к примеру, в случае с сакьяским иерархом Саченом Кунга Ньингпо (XI—XII вв.), который в сновидении получил от махасиддхи Вирупы краткую версию учения Ламдрэ, впоследствии ставшего одной из центральных доктрин школы

сакья [см.: Davidson, 2005, р. 317, 320]. Основатель школы другпа кагью Цангпа Гьяре (1161 — 1211) обнаруживает тексты, о которых утверждается, что они написаны Наропой и скрыты Марпой [см.: Roberts, р. 12]. Происхождение учения от индийских махасиддхов становится необходимым для удостоверения подлинности и конкурентоспособности тибето-буддийских школ и стоящих за ними аристократических кланов. Так, сновидения стали серьезным оружием в борьбе за

религиозный авторитет и политическую власть между тибетскими школами и кланами в период «новых переводов». XVII в. — время окончательного оформления в Тибете теократического государства далай-лам, когда наивысшим социальным статусом стал статус монаха, а крупнейшими феодалами — монастыри-университеты. В это время появляется феноменально большое количество тертонов в школе нингма, что было вызвано необходимостью защитить

учение школы от нападок извне, а также спровоцировать изменение школы изнутри — для большего соответствия духу эпохи. В XVII в. внедрением в тибетское общество терма занимались не только представители школы нингма. Тертоном считался и живший в это время один из крупнейших политических деятелей тибетской истории Пятый Далай-лама (1617—1682), который радикально поменял политическое устройство Тибета, окончательно превратившегося

при нем в теократическое государство [см.: Dudjom Rinpoche, р. 821—824]. Как многие тибетские новаторы, Пятый Далай- лама использовал уникальные возможности, которые внедрение терма предоставляло для изменения тибетского общества. Однако в целом использование традиции терма не типично для школы гелуг, что не отменяет использования представителями школы вещих сновидений как источника включения инноваций. Например, Тринадцатый