Скабичевский Александр — страница 2

  • Просмотров 289
  • Скачиваний 6
  • Размер файла 17
    Кб

понимал примитивно, гл. обр. обращая внимание на максимальную доступность и понятность. Вслед за Добролюбовым С. считал реализм высшей формой искусства по сравнению с романтизмом и «близорукой поэзией натурализма». — Однако в самом понимании сущности реального искусства Скабичевский глубоко расходился с критиками «реальной школы», обнаруживая субъективистский характер своей точки зрения. Для него реальное искусство

сводится не к отражению объективной действительности, и «приговору» над ней, а лишь «к рефлектированию» впечатлений посредством образов («Беседы о русской словесности»). В этом «рефлектировании» художник, по С., должен был сохранять возможное беспристрастие. Так. обр. отчетливо выступают глубокие расхождения С. с представителями революционно-демократической критики по вопросу партийности искусства, которую он категорически

отрицал, считая, что «обсуждение и решение каких-либо вопросов жизни не дело искусства». Выступая против положения Чернышевского и Добролюбова о «служебной роли искусства», С. снижал политический характер и публицистическую заостренность критики. Это, разумеется, не освобождало критическую работу С. от свойственной ему либеральной направленности. Конкретная литературно-критическая деятельность С. тесно связана с его

общественнополитической эволюцией. Социальное положение С. как разночинца определило с первых шагов его позицию в целом в отношении так наз. «охранительной» и разночинной литературы. Так, в 70—80-х гг. в «Отечественных записках» он резко выступал против тех дворянских писателей, которые в какой-либо форме дрались за защиту «старого порядка» («Новое время и старые боги» о романе «Дым» Тургенева, «Старая правда» (1868) об «Обрыве»

Гончарова, «Русское недомыслие» (1868) о серии антинигилистических романов Тургенева, Писемского, Лескова, Стебницкого, Авенариуса). Отрицательную позицию С. занимал и в отношении поэтов «чистого искусства» (А. Толстой, Майков, Фет, Тютчев). Причем особенно сурово был принят им Тютчев, которого он ставил значительно ниже других поэтов этой школы. В этой недооценке Тютчева сказалась эстетическая нечуткость С., довольно не случайная

в его критике. Так, художественная эпопея «Война и мир» Толстого, по его мнению, «не имеет целостности и стройности» и не может быть поставлена в ряд со всеми высочайшими произведениями искусства. Дворянской литературе в целом С. противопоставлял литературу разночинцев, которая в лице Помяловского, Решетникова, Левитова и др. выдвинула «нового героя» времени. Большое внимание С. уделял народнической литературе, особенно высоко