Салтыков-щедрин m. e. - Жизненный путь иудушки

  • Просмотров 93
  • Скачиваний 4
  • Размер файла 15
    Кб

Салтыков-щедрин m. e. - Жизненный путь иудушки   Роман М. Е. Салтыкова-Щедрина “Господа Головлевы” можно назвать историей выморочной семьи, обреченной на гибель из-за поразившей ее жажды стяжания, из-за утраты человеческих связей между людьми. Последнее особенно касается Порфирия Владимирыча Головлева. Иудушка попадает в паутину собственного пустословия, порвать которую он не в силах. Перед нами отнюдь не лицемер.

Салтыков-Щедрин создает достаточно сложный и трагический образ. Жизненный путь Иудушки - это путь постепенной утраты связи с реальностью, с живыми людьми; это путь мучительного прозрения буквально на пороге смерти.    Детство Иудушки проходит в затхлой атмосфере выморочного семейства. Рано проявляется в Порфирии способность приспосабливаться к обстоятельствам. “Порфирии Владимирыч известен был в семействе под

тремя именами: Иудушки, кровопивушки и откровенного мальчика... С младенческих лет любил он приласкаться к милому другу маменьке, украдкой поцеловать ее в плечико, а иногда и слегка понаушничать”. Впрочем, “загадочный взгляд” Порфирия вызывает смутную тревогу властной Арины Петровны. “Так вот и поливает ядом, так и“подманивает”,- говорит она.    Во время гражданской службы в Петербурге Иудушка регулярно посылает

письма “милому другу маменьке”. Даже прозаическая просьба прислать денег выдержана в елейных тонах: “Следует мне еще шесть с полтиной дополучить, в чем и прошу вас мне почтеннейше извинить”. Узнав о смерти сестры Анны, Иудушка по-прежнему “вертит языком”. Он пишет: “Известие о кончине любимой сестрицы и доброй подруги детства Анны Владимировны поразило мое сердце скорбию, каковая скорбь еще более усилилась при мысли, что

вам, милый друг маменька, посылается еще новый крест, в лице двух сирот-малюток”.    Свое безразличие к спившемуся Степке-балбесу Иудушка также пытается скрыть за пустословием. Одновременно он добивается от Арины Петровны того, что она лишает нелюбимого сына его доли наследства. Смерть брата Степана незримо приближает Порфирия Владимирыча к роковому одиночеству, зияющей пустоте...    “История умертвии”