Салтыков-щедрин m. e. - Герои и сюжеты сатирических сказок м. е. салтыкова-щедрина

  • Просмотров 159
  • Скачиваний 4
  • Размер файла 20
    Кб

Салтыков-щедрин m. e. - Герои и сюжеты сатирических сказок м. е. салтыкова-щедрина "Господа Головлевы" - это социальный роман из жизни дворянской семьи. Разложение буржуазного общества, как в зеркале, отразилось и в разложении семьи. Рушится весь комплекс нравственных отношений, цементирующих родственные связи и регулирующих моральные нормы поведения. Тема семьи становится злободневной. Внимание М. Е. Салтыкова- Щедрина в

этом романе целиком посвящено анализу уродств, исследованию причин и показу последствий. Вот перед нами родоначальница и глава семейства Арина Петровна Головлева. Она властная и энергичная помещица, хозяйка и глава семейства, натура целеустремленная, сложная, богатая своими возможностями, но испорченная беспредельной властью над семьей и окружающими. Она единолично распоряжается имением, обездоливая крепостных, превратив

мужа в приживальщика, калеча жизнь "постылым детям" и развращая "любимчиков". В фантастической погоне за "благоприобретенным" она умножила богатство мужа. Для кого и для чего? Трижды мы слышим в первой главе ее вопль: "И для кого я всю эту прорву коплю! Для кого припасаю! Ночей недосыпаю, куска недоедаю... для кого!?" - Вопрос Арины Петровны, конечно, риторический: подразумевается, что все то она делает для семьи,

для детей. А так ли это на самом Нет, не так. О семье, о детях, о материнском долге она говорит, чтобы замаскировать свое истинное отношение - полное равнодушие, да чтобы злые языки не попрекнули. Громко, для всех - ханжески-лицемерные слова об умершей дочери Анне и ее сиротках-близнецах: "Одну дочку Бог взял - двух дал". Для себя, для "внутреннего употребления": "Как жила твоя сестрица (это пишет она своему "любимому"

Порфирию) беспутно, так и умерла, подкинув мне на ею двух своих щенков". С языка Арины Петровны не сходило слово "семья". Но го был лишь пустой звук. В хлопотах о семье она забывала о ней. У нее не было времени и желания думать о воспитании детей, о развитии их нравственности. Жажда накопительства извращала и убивала инстинкт материнства. "В ее глазах дети были одной из тех фаталистических жизненных установок, против