Русская и советская эстетика — страница 4

  • Просмотров 351
  • Скачиваний 5
  • Размер файла 51
    Кб

эстетики, литературной и художественной критике, имела своей целью не только объяснить искусство, но и направить его развитие по пути, отвечающему интересам борьбы за освобождение рус­ского народа». Обостренный интерес революционно-демократической эсте­тики к общественному долгу и назначению искусства полностью отвечал моральному пафосу всей русской художественной куль­туры XIX в. Начиная с Пушкина и Гоголя, русские

худож­ники настойчиво стремились воплотить в своих произведениях высокий социально-гуманистический нравственный идеал. Эта коренная черта национального своеобразия искусства стала еще более очевидной во второй половине прошлого столетия, когда русская литература, музыка, живопись приобрели ми­ровую известность и начали оказывать все возрастающее вли­яние на художественное развитие Запада. Всемирно-историче­ское

по широте поставленных проблем русское искусство XIX в. выявляло интимно-человеческий смысл этой проблематики — будь то роман Ф. М. Достоевского или Л. Н. Толстого, стихо­творение Н. А. Некрасова или Ф. И. Тютчева, опера П. И. Чай­ковского или М. П. Мусоргского, картина И. Е. Репина или В. И. Сурикова. Вместе с тем непримиримый конфликт между потребностя­ми духовной жизни страны и реакционной политикой самодер­жавного

правительства ставил в тяжелое положение не толь­ко русскую эстетико-философскую науку, но и всю русскую культуру. В период «мрачного семилетия» 1848—1855 годов имена Белинского, Фейербаха, Гегеля вообще было запре­щено упоминать в печати. Не увидели сцены в 50-х годах пер­вые пьесы А. Н. Островского и М. Е. Салтыкова-Щедрина. Рус­ская национальная опера, имевшая своим родоначальником М. И. Глинку, в официальном представлении

не могла сопер­ничать с итальянской оперой. Крупнейший русский живописец середины века А. А. Иванов работал за границей. В последующий период эстетика в России развивалась раз­ными путями. Концепцию революционных демократов продол­жали отстаивать Д. И. Писарев, М. А. Антонович, В. А. Зай­цев, М. Е. Салтыков-Щедрин. Наследие шестидесятников по-своему интерпретировалось также в теории и практике народ­ничества 70-х годов и

даже 80-х и 90-х, когда это движение все более склонялось к мещанскому либерализму. Однако со­циологический субъективизм народников, выразившийся в пре­увеличении утилитарно-преобразующей («вдохновляющей») фун­кции искусства за счет функции познавательной (Н. К. Ми­хайловский, А. М. Скабичевский и др.), подчас позволял рас­сматривать искусство вообще как нечто несерьезное. Здесь сказывалось также и влияние