Рабство по Хаммурапи — страница 7

  • Просмотров 963
  • Скачиваний 13
  • Размер файла 33
    Кб

Оказывается, что не сам рабовладелец определяет меру наказания своему рабу, а судьи, руководствующиеся точным указанием закона. «Если жестока безответственность свободных за преступления против жизни и здоровья рабов, то так же жестока, наоборот, ответственность рабов перед рабовладельцем, например, раб карается калечащим наказанием уже за одно словесное непризнание власти рабовладельца». Представления о жестокости,

конечно, весьма относительны, и их нельзя отрывать от конкретной обстановки. Не надо забывать, что по ст. 192, приемный сын за такое же «словесное непризнание» власти приемного отца или матери подвергается более суровому наказанию, чем раб (отрезанию языка). Главное, однако, заключается не в этом. Законодатель вмешивается во взаимоотношения между господином и рабом лишь в одном случае, когда надо решить вопрос о законности

порабощения того или иного лица. Далеко не всегда права рабовладельца на раба были юридически обоснованы. Вполне возможным были злоупотребления. Например, ст. 14 упоминает о краже «малолетнего сына человека» как о тяжком уголовном преступлении. Надо полагать, когда похищенный ребенок вырастал, он мог сделать попытку восстановить свои права через суд. С другой стороны, настоящий раб, лишенный свободы с соблюдением юридических

норм, мог обратиться в суд с необоснованными претензиями на освобождение. Последний случай и предусматривает ст. 282. Чтобы охранять свободных вавилонян от обращения в рабство (возможного, как мы увидим ниже, лишь в исключительных случаях), закон допускал проверку прав рабовладельца на раба. Ни в одной статье мы не найдем намека на какие-либо проступки раба против «законного» (с точки зрения Хаммурапи) господина. Нигде не

говорится ни о лености, ни о дерзости и строптивости раба, ни о нанесении ран господину или убийстве господина. Можно не сомневаться, что за это с рабом расправлялись без суда. Только отрицание законности прав господина, когда надо было решить, является ли раб действительно рабом, требовало судебного разбирательства. Конечно, вызывает удивление рекомендация конкретного наказания, которому должен подвергнуться человек,

которого суд признал рабом. С точки зрения правовых норм рабовладельческого общества следовало бы просто отдать раба под власть лица, признанного его законным господином (как в случае поимки беглого раба). Надо, однако, полагать, что закон закреплял укоренившийся обычай. Убийство раба не запрещалось, но считалось бессмысленным, непрактичным поступком. Самым обычным наказанием для раба считалось отрезание уха. Оно было