Прощай, оружие. Хемингуэй Эрнест — страница 4

  • Просмотров 136
  • Скачиваний 4
  • Размер файла 19
    Кб

лейтенант. Хемингуэй исследует генезис надломленного поколения, прослеживая процесс становления его жизненных ценностей. Лейтмотив такого становления, протекающего в координатах гордой замкнутости в себе и намеренной отрешенности от всякого рода житейской суеты (эта отрешенность мастерски аранжирована неповторимой хемингуэевской стилистикой подчеркнуто бесстрастного, чуждого видимой эмоциональности повествования), -

категорическое неприятие героем Хемингуэя фальши и лицемерия в чем бы то ни было. Старающийся - видимо, не без причин - не вспоминать о своей заокеанской родне американец Г., некогда отправившийся на войну добровольцем и служащий в-чине лейтенанта в санитарном отряде итальянской армии, которая, похоже, навсегда погрязла в вялом противостоянии австрийцам на севере страны, отнюдь не Мизантроп и не циник, хотя подчас и не прочь

прикинуться таковым. Просто, многое повидав за три фронтовых года, он так же изверился в официозной риторике рапортов и отчетов, как и в сентиментальной приторности затертых формул, в какие принято облекать интимные чувства и устремления. Педантично придерживающийся правила всегда быть честным с окружающими и никогда не лгать самому себе ("Я знал многих женщин, но всегда оставался одиноким, бывая с ними, а это - худшее

одиночество"), знающий толк в хорошей выпивке, кухне и рыбной ловле, Г. равно искренен в общении с военным врачом Ринальди, незлобивым полковым священником, простыми итальянскими солдатами - шоферами санитарной автоколонны и даже... возлюбленной - медсестрой-англичанкой Кэтрин Бар-кли. Такой же, впрочем, как он сам, жертвой двух самообманов - ослепления миражной любовью (она потеряла избранника на фронте, так и не успев вкусить

счастья плотского союза) и миражным патриотизмом. Однако именно любовь - притом счастливая, разделенная, взаимная - станет ахиллесовой пятой хемингуэевс-кого "рыцаря без страха и упрека", до поры мыслящего себя неуязвимым в скорлупе своего мнимого эгоцентризма. Подарив Г. и его избраннице несколько месяцев "беззаконного" любовного счастья посреди объятой пламенем Первой мировой войны Европы, романист оставит героя

одиноким. Кэтрин умрет при родах, погибнет и зачатый в прифронтовой полосе ребенок - дитя не освященного церковью брака двух невероятно мужественных людей, осмелившихся творить жизнь в эпицентре растянувшейся на годы чудовищной гекатомбы.