Проблема самопознания в философии Фихте — страница 5

  • Просмотров 2714
  • Скачиваний 347
  • Размер файла 38
    Кб

направленность фихтевских практических устремлений. В основе своей это практическая устремленность демократически настроенного выходца из народных низов, который с восторгом видит, как соседний народ революционным путем освобождается от многовекового социального гнета, и который считает этот пример вдохновляющим для всех народов. Фихте прямо утверждал значимость французской революции «для всего человечества»,

квалифицируя ее как «богатейшую иллюстрацию на тему права и достоинство человека» Щит. по: 71. 23, 24, 118, 119). Находясь во Франции, Фихте, возможно, принял бы в развертывавшейся там революции непосредственное участие как ее активный деятель (отметим, что одно время Фихте подумывал о переходе во французское гражданство). Но на родине, вне которой и в отрыве от своего народа Фихте, в сущности, не мыслил жизнь, он оказался в состоянии

действовать только как теоретик, осознающий, впрочем, что теоретическая деятельность при определенной ее направленности и в определенных условиях может иметь великую практическую значимость. ' Фихте был убежден, что французская революция является следствием идей Руссо и ... Канта (в этом он явно ошибался, но ошибка примечательна как выражений стремления придашь такую же революционную действенность немецкой философской

мысли). Само обращение Фихте к кантовской философии было, в сущности, обусловлено как осознанием им запросов социальной практики, так и осознанием невозможности в тогдашних условиях осуществлять практическое-революционное преобразование немецкой действительности. «Так как я не мог изменить того, что вне меня, — сообщал Фихте в начале 90-х годов одному из своих корреспондентов,— то я решился изменить то, что во мне. Я набросился

на философию и именно, само собой разумеется, на кантовскую». В ней Фихте усмотрел соответствовавшее его умонастроению обоснование возможности для человека действовать как свободный субъект даже в мире, где все представляется необходимым и на феноменальном уровне действительно таково. По убеждению Фихте, кантовская философия «доказала» то, что прежде казалось недоказуемым, а именно «понятие свободы». «Прямо непостижимо,—с

воодушевлением восклицал Фихте, — какое уважение к человечеству, какую силу дает нам эта система!» (61. 1. XXXIV). Так Фихте воспринимал, прежде всего, этическую концепцию Канта, учившую о возможности и необходимости для человека действовать нравственно в согласии исключительно с априорным долгом, проявляя свою не подвластность давлению эмпирических данностей. Следует заметить, что, переходя на позиции кантовской философии, Фихте