Поэт и Любовь (А.С. Пушкин и Н.Н. Гончарова) — страница 6

  • Просмотров 1862
  • Скачиваний 132
  • Размер файла 18
    Кб

всему высшему свету Долли Фикельмом, внучка Кутузова и жена австрийского посланника, имела славу предсказательницы. Она вела дневник. И после первого приема, сделанного семьей Пушкина, записала в него следующее (читает): “Жена его, Пушкина, прекрасное создание, но это меланхолическое и тихое выражение лица похоже на предчувствие несчастья. Лица мужа и жены не предсказывают ни спокойствия, ни тихой радости в будущем. У Пушкина

видны все порывы страстей, у жены - вся меланхолия отречение от себя... поэтическая красота госпожи Пушкина проникает до самого моего сердца. Есть что-то воздушное и трогательное во всем ее облике. Эта женщина не будет счастлива. Голова ее склоняется и весь облик как буд-то говорит : “Я страдая.” Но какую же трудную ей предстоит нести судьбу - быть женой поэта, и такого поэта, как Пушкин...”. Пушкин. Я женат - и счастлив: одно желание

мое, чтоб ничего в жизни не изменилось , лучшего не дождусь... Исполнились мои желания. Творец Тебя мне нисослал, моя Мадонна, Чистейшей прелести чистейший образец... Пушкин опять усаживает Гончарову перед художником. Ведущая. Первое время жизнь Александра Сергеевича и Натали казалась безоблачной. Брюллов рисовал портрет счастливой жены. Пушкин давал советы. И все это происходило в Царском Селе, куда приехала молодая семья после

свадьбы. Там же находился и императорский двор. Александр Сергеевич чувствовал себя счастливым, но вскоре жизнь осложнилась. Все сильнее сжималось кольцо светской вражды, все более ужесточался контроль со стороны царя и Третьего отделения, продолжались грубые нападки официальной критики. В это время поэт особенно глубоко задумался о справедливости устройства государства Российского. Своими мыслями он делился с Вяземским,

цитировал “Стансы”, напоминающий о славных днях правления Петра I. Пушкин. В надежде славы и добра Гляжу вперед я без боязни: Начало славных дней Петра Мрачили мятежи и казни. Но правдой он привлек сердца, Но нравы укротил наукой, И был от буйного стрельца Пред ним отличен Долгорукой. Самодержавною рукой Он смело сеял просвещенье, Не презирал страны родной, Он знал ее предназначенье. То академик, то герой, То мореплаватель, то

плотник, Он всеобъемлющей душой На троне вечный был работник. Семейным сходством будь же город, Во всем будь пращуру подобен: Как он, неутомим и тверд, И памятью, как он, незлобен... Ведущая. Царь с помощью Бенкендорфа быстро развеял эти иллюзии. Он назначает поэта камер-юнкером, чтобы постоянно видеть при дворе его прекрасную жену. Этот чин даваемый неумудренным жизнью юношам, ужасно оскорбил Александра Сергеевича Но это было