По статье Писарева "Лирика Тютчева" — страница 6

  • Просмотров 1549
  • Скачиваний 126
  • Размер файла 15
    Кб

“бури и тревоги”. Такие же “бури и тревоги” колебали нравственный строй современного человека, и Тютчев, прежде всего, ощущал в их собственной душе, в собственном сознании. От того-то так насыщена внутренней тревогой лирика поэта, пишет ли он о “стихийных спорах” в прямом смысле этого слова, пишет ли о по-своему “стихийных” волнениях, нарушающих душевный мир человека. Атмосфере современной Тютчеву исторической

действительности подспудно дает себя чувствовать даже в любовной его лирике, как нельзя лучше подтверждая тонкое наблюдение А. Блока, что “в эпохи бурь и тревог нежнейшие и интимнейшие стремления души поэта также преисполняются бурей и тревогой”. Из всех современных ему русских поэтов Тютчев, больше чем кто либо другой, может быть назван лириком в полном смысле слова. Он никогда не пытал своих сил в эпических жанрах, не

обращался к драматургии. Его стихия - лирическое стихотворение, обычно короткое лишенное каких-либо жанровых признаков. В своих лирических шедеврах Тютчев внешне идет как бы не от заранее заданной мысли, а от внезапно захватившего его чувства или впечатления, навеянных явлениями внешнего мира, окружающей реальной действительности, минутным душевным переживанием. Поэт видит радугу и тут же набрасывает небольшой всего лишь

восьми строк “пейзаж в стихах ”, как удачно назвал Некрасов его стихотворные картины природы. Но процесс создания стихотворения на этом не заканчивается. В творческом представлении поэта яркость и мимолетность “радужного виденья” влечет за собой иной образ - яркого и мимолетного человеческого счастья. Появляется новая строфа, и “пейзаж в стихах” приобретает смысл философского иносказания (“Как неожиданно и ярко ...”).

Другой пример. Беспросветный дождь внушает поэту мысль о столь же беспросветном людском горе, и он пишет стихи не о дожде, а о слезах. Однако вся интонация, весь ритмический строй стихотворения проникнуты не умолкающим звуком падающих дождевых капель (“слезы людские, о слезы людские ...”). Есть у Тютчева и стихи литературного, книжного происхождения. Поэт читает книгу. И вдруг какая-то мысль или поэтический образ захватывают его,

порождают в нем желание переложить прозу на язык стихов. Так, одна страница из романа французской писательницы Сталь “Коринка” творчески переосмысляется в стихотворение “Mal’aria”. Иногда чужое стихотворение привлекает к себе его внимание художественной недосказанностью вступить в поэтическое состязание со своим предшественником. Под пером поэта возникает новое стихотворение, и при этом вполне “тютчевское” по духу и