Первая буржуазно-демократическая революция в России (1905-1907гг.) — страница 9

  • Просмотров 9978
  • Скачиваний 420
  • Размер файла 58
    Кб

самообмане, Нольде имел в виду подлинное настроение народа – его нежелание продолжать чуждую ему войну. Но с научной точки зрения самообман в концепции Милюкова состоял в том, что она, во-первых, была идеалистической, а во-вторых, полностью отрицала совершившуюся революцию как конечный итог всего предшествующего многолетнего развития страны. Согласно Милюкову, все дело было в негодных людях, окажись на их месте другие, годные,

и никакой революции не было бы. О том, что сама эта негодность была не случайной, а закономерной, итогом длительных процессов, происходивших в недрах самодержавного строя, Милюков, изменяя себе как историку, вопроса не ставил. Даже Маклаков, осмысливая прошедшее, делал шаг вперед по сравнению с лидером кадетской партии. Размышляя над причинами несостоявшегося дворцового переворота, который, “может быть (!) мог спасти положение”,

Маклаков, говоря о заговорщиках и их колебаниях, указывал на одну из причин колебаний, которая “ясна”. Причина эта состояла в том, что “династия была обречена” даже в случае успешности переворота. “При Павле 1-ом, – пояснял он, – было ясно, к кому после него перейдет русский престол”. Но у Николая II фактически не было пригодных преемников. Для этой роли не годился ни “маленький, больной” племянник, ни Михаил, ни другие

претенденты, поэтому “спасти династию было трудно даже переворотом”(3). Это уже был в какой-то мере исторический подход, хотя причину гибели монархии Маклаков усматривал лишь в физическом, умственном и моральном вырождении династии, а не в вырождении, изжитости самого режима. Такую попытку – объяснить причину гибели режима его собственной природой – сделал Вишняк. Соглашаясь с мыслью, что “личность последнего русского

самодержца в значительной мере определила судьбы русского самодержавия”, он, однако, считал эту причину не основной. “Главная причина крушения этого строя не здесь, не во “внутренних органических” свойствах самодержца, – писал он. – Главное – в неограниченности той “формальной власти” которую представляет всякий самодержавный строй”. Конечный его вывод гласил: “Абсолютизм гибнет, но не сдается, не может приспособиться к

окружающим условиям, гармоническое развитие вровень с веком и требованиями жизни противоречит природе и смыслу абсолютизма. Абсолютизм отстает от темпа жизни, утрачивает способность учитывать вес и значение событий. Иллюстрация к тому – последние годы и месяцы, дни и даже часы русского абсолютизма”(4). Вишняк по сравнению с либералами сделал, безусловно, шаг вперед в поисках правильного ответа на вопрос о причинах гибели