Н.Бердяев о человеке («Экзистенциальная диалектика божественного и чело-веческого») — страница 3

  • Просмотров 1538
  • Скачиваний 244
  • Размер файла 17
    Кб

противоположные точки зрения. Но при более подробном рассмотрении Бердяев приходит к выводу, что разум Гегеля есть благодать Лютера. «У Гегеля познает не человеческий разум, а божественный разум, и все у него происходит от благодати».[6] Затем русский философ переходит к рассмотрению философии Гегеля. Он утверждает, что по Гегелю диалектику «можно истолковывать или как окончательное поглощение божественного человеческим и как

выражение гордыни человека, или как окончательное поглощение человеческого божественным и как отрицание человеческой личности».[7] В итоге божественное было понято как выражение порабощённости человека. III акт драмы начинается с рассмотрения Фейербаха. У него идея Бога, заменяется идеей человека. Абсолютное божественное заменяется абсолютным человеческим. Фейербах провозглашает религию человечества. Бердяев считает

Фейербаха важным диалектическим моментом в соотношении божественного и человеческого в немецкой мысли, мысль остается монистической по своей тенденции, нет богочеловечности. Так же как и Гегель, Фейербах перемешивает божественное и человеческое. В этом же направлении двигается Макс Штирнер и Маркс. Для Штирнера есть только собственное «я», Единственный. Бердяев говорит, что Единственный - это не один человек, не человеческая

личность, а псевдоним божественного. «Единственный есть универсум, даже не микрокосм, а макрокосм».[8] У Карла Маркса божественно-универсальное и всеобще предстаёт как социальный коллектив, как грядущее совершенное общество, в котором также может потонуть человеческая личность, как она потонула в гегелевском абсолютном духе и в штирнеровском Единственном. Но в Марксе, по Бердяеву, обнаруживается один из пределов диалектики

гуманизма. Когда человеческое утверждается как единственное и высшее и отрицается божественное, то человеческое начинает отрицаться и подчиняться всеобщему, то Единственному Штирнера, то социальному коллективу Маркса. Всегда торжествует антиперсонализм. По-иному, но с наибольшей остротой это обнаруживается у Ницше, в его трагической судьбе. Все творчество философа пронизано тремя основными проблемами, одной из которых

является отношение человеческого и божественного. Мыслитель проповедует сверхчеловека, который есть для него псевдоним божественного. В сверхчеловеке исчезает и божественное и человеческое. Человек же для него стыд и позор, лишь переход к новой расе сверхчеловека. Ницше отрицает человека. Ошибка Ницше, по Бердяеву, была в том, что он хотел, чтобы человек сотворил сверхчеловека, чтобы божественное, которое не было сущим, было