Н. Г. Первухин - исследователь удмуртского этноса

  • Просмотров 1422
  • Скачиваний 253
  • Размер файла 5
    Кб

Н.Г. Первухин – этнограф. Имя Николая Григорьевича Первухина (1850-1889) было широко известно в конце позапрошлого века в Вятской губернии. Мы же знаем о нём весьма и весьма мало. Сведения о биографии и творчестве скупы и фрагментарны, хотя его вклад в науку огромен. До сих пор не все его труды найдены в архивах. За время своего пребывания в Глазовском уезде (1885-1889) он сделал столько, сколько иные краеведы не могли сделать в течение

всей своей жизни, и стал одним из лучших этнографов края. Выходец из духовенства, Н.Г. Первухин учился в Тверской духовной семинарии, а затем окончил Московскую духовную академию. После окончания академии работал преподавателем в селе Новом Моложского уезда Ярославской губернии, учителем русского языка в Тверской гимназии, служил в главном управлении военно-учебных заведений. В 1875-1877 годах был учителем истории в Нижегородской

военной гимназии и одновременно преподавал в Мариинском женском институте уроки истории и педагогики. В Нижнем Новгороде Первухин начинает заниматься краеведением. В 1875 году он представляет в Нижегородский статкомитет доклад о состоянии отхожих промыслов Арзамасского уезда в 1874 году. Он избирается членом этого комитета и продолжает краеведческую работу. Женат Н.Г. Первухин был на дочери вятского кафедрального протоиерея

Степана Николаевича Кашменского Софье. Жена хотела жить на родине, поэтому когда директор народных училищ Вятской губернии предложил ему должность инспектора народных училищ, то Николай Григорьевич согласился. Тогда говорили, что такой человек для Глазова «большая роскошь». В 1885 году он приступает к исполнению обязанностей. Из «Календарей Вятской губернии» мы можем узнать, что он имеет чин надворного советника и орден

Станислава III степени, получает 1500 рублей в год. Кроме этой должности Первухин исполнял обязанности председателя уездного училищного, попечительского и педагогических советов женской прогимназии. Частые разъезды по долгу службы по уезду, знакомства с инородцами, а также сбор словарей инородческих наречий у священников привели к составлению «Русско-вотского словаря Глазовского разговорного наречия», однако литературно