Исторический источник: человек и пространство — страница 6

  • Просмотров 945
  • Скачиваний 15
  • Размер файла 34
    Кб

городов и др. - требующую специальных историко-географических познаний, а также связей с другими науками (географией, статистикой, этнографией и др.). Возник вид специального историко-географического исследования (Ф.Клювер, Ж.Б. Д'Анвиль, и др.; в России в XVIII в. ближе других к такому виду исследования подошли Г.Ф. Миллер в своих "путешествиях", П.И. Рычков, В.В. Крестинин). К началу XIX в. возникли три, по меньшей мере, главных пути

историко-географического изучения: - эрудиционный; он делал историческую географию вспомогательной исторической дисциплиной и в свою очередь порождал свои вспомогательные области (топонимика, гидронимика и др.) - он в большей мере тяготел собственно к истории и к филологическим наукам; - историософский; он в большей мере примыкал к философии, к методологии истории и выходил в концептуальную область; - территориально-обзорный;

он, в наибольшей мере тяготел к дисциплинарной самостоятельности, к установлению паритетных отношений с географией, этнографией, статистикой, экономической наукой и, наряду с первым, эрудиционным, определял "лицо" и содержание формировавшейся науки исторической географии. Это было начало путей, многое еще существовало в эмбриональном состоянии. Доминирующему интересу рационализма к политической и нравственной истории

соответствовала своя аксиоматика представлений о пространстве, времени и событии. Пространство мыслилось как политическая, государственная территория; время - как поступательный процесс наполнения пространства разумом, как процесс нравственного и политического совершенствования людей; событие сводилось к действию, продиктованному просвещенным разумом или неразумным нравом - и это определяло состояние

историко-географической карты. Начатое движение усилилось в первой половине XIX в. Романтическая историография сформулировала проблемы особенностей национальных историй и вывела вопросы влияния друг на друга и взаимодействия народов из плоскости абстрактных суждений на реальные исторические территории (напр., схемы происхождения феодализма в Западной Европе у О. Тьерри и Ф. Гизо, блестящие догадки Н.А. Полевого об изменении

характера исторического развития по направлению с северо-запада на юго-восток и "переработке" в Древней Руси скандинавского дружинного феодализма под влиянием византийского деспотизма). Пространство, его особенности, его глобальная ориентация обрели свои народы (не только государства, как в рационалистической эпистемологии; да и сама идея государственности отступила на второе место после идеи "народного духа").