Ф.М.Достоевский. "Дневник писателя". (1873. 1876-1877. 1880-1881.) — страница 6

  • Просмотров 1070
  • Скачиваний 9
  • Размер файла 37
    Кб

раз одну из подобных смен, когда от прежних условных людей "как бы удалилось покровительство авторитета, как бы уничтожилась их официальность" (княжеская, боярская, дворянская) и их место занимали профессиональные политики, деятели науки, денежные дельцы... С беспокойством отмечал он, что никогда в России не считали новую условность - "золотой мешок" - за высшее на земле, что "никогда еще не возносился он на такое место

и с таким значением, как в последнее наше время", когда поклонение деньгам и стяжание захватывают все сферы жизни и когда под эгидой этой новой условности наибольший авторитет приобретают промышленники, торговцы. юристы и т. п. "лучшие люди". Достоевский считал, что развратительнее подобного поклонения не может быть ничего, и с опасением обнаруживал везде его развращающее воздействие: "В последнее время начало

становиться жутко за народ: кого он считает за своих лучших людей... Адвокат, банкир, интеллигенция". (Неизданный Достоевский. Записные книжки и тетради 1860 - 1881 гг., с. 587). К "лучшим людям", по его наблюдению, все чаще стали относить деятелей науки, искусства и просвещения: "Решили наконец, что этот новый и "лучший" человек есть просто человек просвещенный, "человек" науки и без прежних предрассудков" (I. 23. 156). Но

мнение это трудно принять по очень простому соображению: "человек образованный не всегда человек честный", а "наука еще не гарантирует в человеке доблести". Противоречие между образованностью и нравственностью Достоевский относил к числу важнейших в новое время и постоянно отмечал его. "Или вы думаете,- обращался он к тем, кто видел в повышении образования панацею от всех бед,- что знания, "научки", школьные

сведеньица (хотя бы университетские) так уже окончательно формируют душу юноши, что с получением диплома он тотчас же приобретает незыблемый талисман раз навсегда узнавать истину и избегать искушений, страстей и пороков?" По его убеждению, своеобразие научной деятельности, требующей, казалось бы, самоотвержения и великодушия, обнаруживает тем не менее "низменность нравственного запроса, нравственного чувства", что не

способствует духовному просветлению и душевному оздоровлению человека. Отсюда и естественное появление высокообразованных и прехитрых монстров с многосложной жаждой интриги и власти, а также таких, например, вопросов: "Но многие ли из ученых устоят перед язвой мира? Ложная честь, самолюбие, сластолюбие захватят и их. Справьтесь, например, с такою страстью, как зависть: она груба и пошла, но она проникнет и в самую благородную