Федор Иванович Карпов - политический и общественный мыслитель начала XVI века — страница 9

  • Просмотров 7068
  • Скачиваний 229
  • Размер файла 43
    Кб

рассказывать о незнании своем знающим людям. Ибо я не вижу ничего предосудительного или противного разуму в том, чтобы более мудрых спрашивать, чтобы они мне добрый совет дали, и незнание в знание обратили, и томящуюся мысль вполне успокоили»[25], - таким пространным рассуждением Карпов начинает своё «Послание Максиму Греку о Третьей книге Ездры». Он переживает по поводу того, что его мысли и умозаключения в богословской

области[26] противоречат книжным христианским истинам. «Жажда познания сопровождалась у него сознанием собственного несовершенства»[27]. В такие моменты он обращался к Максиму Греку[28], чтобы он успокоил его «томящуюся мысль»: «Аз же ныне изнемогаю умом, во глубину впад сомнения, прошу и мил ся дею, да мне некая целебнаа присыплеши и мысль мою упокоиши»[29]. Тут же он даёт мудрую аллегорию: «Сице бо и врачеве творятъ о болезни

неспящаго и многомыслие о смерти имеюща, некоторым зелиемъ успеваютъ и многмыслие смертное соотъемлютъ». Неуверенность боярина проистекала от противоречия между патриархальностью его православного воспитания, которому он был предан с детства и вольнодумством, зарождающимся в Европе, с которым он сталкивался во время общения с такими людьми, как, например, Николай Немчин (Булев), уроженец города Любека. Последний являлся

весьма образованным для своего времени человеком, немцем, выучившим русский в совершенстве и вошедшим в доверие к Великому Князю.[30] Несколько лет он работал придворным врачом при Великом Князе. Немчин пропагандировал в русском обществе униатские идеи и новомодные течения – астрологию, астрономию и т.п. Ещё в 1520 г. в Германии Иоанном Штоффлером был издан Альманах, в котором тот предсказывал, что в 1524 г. произойдёт всемирный

потоп и гибель мира. Николай Булев перевёл этот Альманах на русский язык. Помимо этого, он высказывал идею соединения церквей в период русско-турецких войн. О Н. Булеве, как о «профессоре медицины и астрологии и всех наук основательнейшем»[31] отзывается Франциск-де-Колло, посол императора Максимилиана, о котором уже говорилось выше. Этот отзыв мог знать Ф. Карпов, так как встречал посла во время его приезда. В любом случае, Фёдор

Карпов попал под влияние его «искусно и мудро» составленных сочинений и написал Булеву послание с вопросом относительно различий между православной и католической церквями. В ответе Карпову тот, очевидно, утверждал, что сколько-нибудь серьёзных различий между ними нет. За разъяснениями Карпов обращается к Максиму Греку и становится участником, посредником в полемике, ведомой Максимом Греком и Николаем Немчиным. Но, если в