Фантастическое и реалистическое в произведениях М.А. Булгакова

  • Просмотров 72
  • Скачиваний 7
  • Размер файла 15
    Кб

Фантастическое и реалистическое в произведениях М.А. Булгакова Произведения М. А. Булгакова отличаются очень естественным переплетением в повествова­нии планов реального и фантастического. Булгакова нельзя назвать писателем-фантас­том, как, например, братьев Стругацких. Но по­вести «Собачье сердце» и «Роковые яйца», безус­ловно, будут отнесены к области научной фантастики; роман «Мастер и Маргарита» — роман

притчевый, философский, в котором сильно скорее метафизическое начало — традиционно классифицируется как фантастический. Фантастика для Булгакова, научная или мис­тическая, не самоцель. В первую очередь для него важно осмысление картины человеческой жизни, человеческой сущности и соотношение в человеке и мире темного (от Сатаны) и светлого (Божеского) начала. Все остальное — это лишь средства для раскрытия и более полного

освеще­ния замысла. В «Собачьем сердце» реальным становится то, что с научной точки зрения пока еще невозможно: профессор медицины Ф. Ф. Преображенский со­здает искусственного человека, своеобразного но­вого гомункула, за которого, как создатель, несет ответственность. Душа Шарикова — поле битвы между профессором и Швондером, представите­лем нового строя и полного отсутствия культуры. В конечном счете Швондер

оказывается властите­лем души Шарикова, который пополняет легионы новых людей. Фантастические события создания и разрушения жизни пусть и неприятного, но все же человека являются для Булгакова средством обозначить в своеобразной аллегорической форме волнующие его проблемы: судьба России, взаимо­отношения Творца и творения, культуры (Филипп Филиппович) и антикультуры (Швондер), вечная битва Света и Тьмы — и осмыслить их.

«Мастер и Маргарита» — роман более объ­емный и многоплановый. В нем соединяются и пе­реплетаются три пласта: реальный, метафизи­ческий (фантастический) и исторический. Последний можно назвать ирреальным по отно­шению к основному романному действию, по­скольку Евангелие от Воланда является еще и книгой Мастера. В романе нет границы между реальностью и фантастикой. Она стерта или, лучше сказать, раз­рушена вторжением