Ф. М. Достоевский и К.К. Случевский — страница 6

  • Просмотров 667
  • Скачиваний 9
  • Размер файла 39
    Кб

окололитературного мира после его выхода из «подполья» — появления одной за другой двух его поэм — «В снегах» («Новое время», январь, 1879) и «Картинка в рамке» («Русский вестник», февраль, 1879). Может быть, эта вновь возникшая «мода» на Случевского также раздражала Достоевского. Но именно в салоне Е. А. Штакеншнейдер Достоевскому еще не один раз пришлось встретиться со Случевским. Вероятно, как раз Е. А. Штакеншнейдер имел в виду

Достоевский, когда жаловался 5 февраля 1880 г. писательнице С. И. Смирновой, что «никак не может всем угодить», и в подтверждение своим словам рассказал ей, как его не так давно выставили в совершенно глупом положении и какую пытку ему пришлось вытерпеть в том числе и из-за Случевского. Вот как передает это С. И. Смирнова в своем дневнике: «На каком-то великосветском вечере Случевский собрался читать стихи, но хозяйка наивно объяснила

ему: "Мы вас не смеем просить, потому что здесь Федор Михайлович, а он стихов не любит". Достоевский протестует. Случевский говорит: "Я слышал, что вы "наших" стихов не любите". Однако стал читать и читал VA часа. Но перед всякой новой главой обращался к Достоевскому с вопросом, не надоел ли ему. "И все это в обществе, — говорит Достоевский, — где сидят около 20 дам, совершенно мне незнакомых"»[xxviii]. По воспоминаниям

писательницы Л. И. Веселитской (В. Микулич), познакомившейся с Достоевским у Е. А. Штакеншнейдер, в зимний сезон 1879/80 г. Достоевский присутствовал на устроенном у Штакеншнейдеров спектакле по пушкинскому «Каменному гостю», в котором принимал участие и Случевский. Когда-то в юности Случевский мечтал о театре и театральной труппе, но довольно скоро отказался от этих идей. В 1861 г. писатель Николай Успенский с упреком писал

Случевскому в Швейцарию: «... как дурно, что вы бросили ваши планы насчет театра, убедитесь, что вам улыбалась прекрасная вещь, то есть театр, вам предстояло море жизни <...> Эх, Случевский, вы напрасно это делаете, прокисая теперь в паршивом Вевее и глядя на тучки, ну что вы дитя что ли, чего вы там ищете в этих тучках? Эти вещи хороши на два, три дня. Вы бы пролили много утешения в губернию русскую, устроив в ней труппу — ведь у вас

игры может быть чертова пропасть, потому что столько жару, как в вас, я нигде не видывал, только печка или Везувий может сравниться с вами касательно жару»[xxix]. Теперь, в начале восьмидесятых годов, этот «жар» тратился на подобные любительские спектакли. В этот вечер Достоевский не был ничем раздражен, напротив, он даже привез с собой на спектакль к Е. А. Штакеншнейдер вдову Алексея Толстого Софью Андреевну и ее племянницу Софью