Ф. М. Достоевский и К.К. Случевский — страница 5

  • Просмотров 661
  • Скачиваний 9
  • Размер файла 39
    Кб

Семейство состояло из дамы, ее дочери и какого-то родственника. «Мы сделали прогулку по сырой погоде, недалеко в горы; до первого ресторана, отдохнули, выпили Maytrank и ушли назад. Эта барыня навела на меня такую тоску, что я буду решительно бегать от всех русских. Дура, каких свет не производил. Космополитка и атеистка, обожает царя, но презирает отечество»[xxi]. Достоевский подробно передает жене рассказ этой случайной знакомой о том,

как, вырывая зуб, дантист поломал ей челюсть. Описание этой второй встречи Достоевский заканчивает словами: «Расстались мы вежливо, но уже никогда не встречусь с ними. А ночью у меня был даже кошмар»[xxii]. Так не понравившаяся Достоевскому «болтушка и спорщица», однако, оставила некоторый след: в это время Достоевский работал над романом «Подросток», и среди подготовительных материалов к роману сохранилась запись: «Эльпидифорова

(Александрова). Космополитка. История, как она сломала челюсть»...[xxiii] В период с 1875 по 1879 г. мы не имеем сведений о том, пересекались ли как-нибудь пути Случевского и Достоевского. Можно указать лишь на то, что в «Дневнике писателя» за май 1876 г. и апрель 1877 г. упоминается в связи с процессами Каировой и Корниловой младший брат Случевского — Владимир Константинович, в то время прокурор Петербургского окружного суда. Достоевский

лично присутствовал на судебном заседании по делу Корниловой, на котором В. Случевский произносил речь[xxiv]. И еще, благодаря Е. А. Штакеншнейдер сохранилась нелестная реплика Достоевского о Случевском. «Какой мучительный иногда человек Достоевский», [xxv] — записала она в своем дневнике после вечера 17 марта 1879 г. Достоевский наговорил всем всяких «дерзостей», в том числе и ей самой, причем досталось Е. А. Штакеншнейдер из-за

Случевского: «А вы за что не хотите говорить со мной?» — с негодованием стал говорить он хозяйке салона, хотя до этого вынудил ее замолчать своим же криком. — «Целый час не обращаете на меня внимания, занимаетесь другими, а от меня отворачиваетесь. Вы, верно, недовольны мной. Я чем-нибудь огорчил вас. Это вы, верно, за Случевского, что я его дребедень не читал. О, женщины, все только фальшь, лицемерие. Вы мне мстите, за что? Что я вам

сделал?»[xxvi]Однако, как пишет Е. А. Штакеншнейдер, «это было предисловие, но скоро открылась и настоящая причина его недовольства»[xxvii] — Достоевского обидел Я. П. Полонский, побоявшийся пригласить его накануне к себе одновременно с И. С. Тургеневым после чтений, устроенных Литфондом, где они оба выступали. Что же касается Случевского, то он в 1879 году должен был быть предметом особого внимания всего литературного и