Это мы, господи — страница 8

  • Просмотров 2694
  • Скачиваний 9
  • Размер файла 128
    Кб

и жадным огнем загорались дотоле равнодушно-покорные глаза человека при виде серенького кирпичика. - Ххле-леб! - со стоном вырывается у него, и не было и нет во вселенной сокровища, которое заменило бы ему в этот миг корку месяц тому назад испеченного гнилого хлеба! Сергей видел, как курносый парень из его шеренги бережно и осторожно, как что-то воздушно-хрупкое и святое, принял из рук полицейского буханку хлеба. Смешно

расширенными глазами глядел он на нее, покачивая в заскорузлых, давным-давно не мытых руках. - Аида, ребята, к третьему бараку, - почему-то шепотом проговорил он. - Разделим хлебушко... Опасался орловец, что вот тот же полицейский вдруг одумается да и крикнет: - Эй, ты, ... в рот, отдай буханку! Раздевшись, парень разостлал шинель, положил на нее хлеб. Одиннадцать человек сверлили глазами этот жалкий бугорок серой массы, терпеливо ожидая

конца священнодействия орловского хлебороба. Не так-то просто разрезать буханку хлеба! Из восьмисот граммов должно выйти двенадцать кусочков, но ровных, абсолютно ровных по величине. Крошки, размером в конопляное зерно, должны быть тщательно подобраны и опять-таки поровну разложены на двенадцать частей. Сергей наблюдал за ножом и худым грязным лицом разрезающего хлеб и не мог понять: то ли желтоватые скулы орловца двигаются в

такт ножу, то ли он нагнетает слюну, предвкушая горьковато-кислый хлеб... - Ну как, братва, ровна? - спросил парень, закончив раскладку крошек. - Вон там от горбушки надоть... - Добавить суды... - Ну, будя, будя! - проговорил парень. - Теперя становитесь по одному, чтоб номера помнить. Сергей присутствовал первый раз при дележке паек и потому охотно и покорно исполнял правила этой процедуры. Нужно было запомнить свой порядковый номер. Один

из участников дележки оборачивался спиной к пайкам хлеба и на вопрос: "Кому?" - называл тот или другой номер. Таким образом устранялись всякие нарекания на делящего, что он поступил в данном случае нечестно. Номер Сергея был пятый, называющий сказал его последним, и в минуты ожидания, видя, как за два укуса исчезал ломтик хлеба во рту его обладателя, Сергей, почувствовал, как водянистая слюна заполнила весь его рот, не успевая

проталкиваться в глотку... С каждым часом все тяжелей становились ноги. Они отказывались слушаться, вечно замерзшие и сырые. Все эти дни Сергей ночевал в третьем бараке на третьем этаже нар. Бараки не могли вместить и пятой части людей, находящихся в лагере. Спали там вповалку друг на друге. На четырехъярусных нарах ложились в три слоя. Счастливцем был тот, кто оказывался между верхним и нижним. Было теплей. Каждый день по утрам