Диалог двух современников (В.Шушкин и Ф.Абрамов) — страница 9

  • Просмотров 2615
  • Скачиваний 132
  • Размер файла 27
    Кб

человеком «в целом» и хочет совершенствовать его, человека, тем, что говорит ему правду о нем.» (V;790 Если для Абрамова существует правда добра, то Шушкин не отрицает вожможности существования «правды зла». Этот парадоксальный подход очень свойственен Шушкину. Известна его формула: Нравственность есть Правда. Два компонента этой системы, на первый взгляд, взаимозаменяемы. Можно сказать и так: Правда есть Нравственность. Но тогда

вствет вопрос о том, что же первично в этой формуле; что порожает, а что порождено. Рассмотрим наш второй, сконструированный и «перевернутый» вариант. Некая жизненная правда, «разлитая» в человечестве, есть во всех и одновременно в каждом, диктует истинно нравственное искусство (поступки, решения и т.д.). Следовательно, безнравственен тот, у кого априорно нет этой правды, он обделен уже изначально и, в принципе, изменить ничего

нельзя. Раз так – безнравственный человек – изгой человечества, недочеловек. Теперь рассмотрим шушкинскую формулу. Нравственный человек (художник) имеет дело и с безнравственными людьми, явлениями, фактами, но и в них он должен видеть не то, что отвечает только его, истинно нравственным постулатам, а то что добра противостоит правде зла (правде нерпикрытое и не «подслащенной» реальности), то эту «антиправду» следует принять и

понять, т.к. и она есть предмет истинного искусства. Художник пишет истинный образ, а не «положительных» или «отрицательных» героев.Правда художника может быть правдивой (истинной), если она видит в бытии две его стороны: добро и зло. Если правда закрывает глаза на зло, она безнравственна (и она, следовательно, перестает быть правдой). Если нравственность конкретного художника видит (или хочетвидеть) в жизни, положми, только зло

(или добра, имея однозначную «установку»), то она, эта нравственность, неправдива (значит и безнравственна). Без взоимодополнения и взоимоперехода правды и нравственности друг друга нельзя, по мысли Шушкина, постигнуть ни первое, ни второе. Правда всегда предполагает нравственность, а нравственность – правду. Познать правду (как и нравственность) как таковую без применения к ней второй категории нельзя. С этим сложным

взоимодействием и имеет дело искусство. Общую позицию Абрамова и Шушкина как художника можно определить всего одним словом – ответственность. Ответственность перед искусством, народом, вечностью. Для художников искусство всегда предполагает размышление о судьбах народа. Современность всегда берется во вневременном и надвременном контексте. «Совесть, - писал Абрамов, - это как раз та сила, которая выводит человека из