Диалог двух современников (В.Шушкин и Ф.Абрамов) — страница 2

  • Просмотров 2619
  • Скачиваний 132
  • Размер файла 27
    Кб

народы, а таким странам, как Англия, Америка, Франция,- это и в голову не может прийти.»(3) Итак, перед нами, во-первых, констатация самого фокта творческого переосмысления, эволюции отношения к произведению исскуства, к фильму в данном случае. Ранее автор видел картину. И хотя мы не можем с уверенностью говорить о его к ней отношений, по-видимому, оно было не так радикально («.....и ужаснулся»). «Зашаталась романтика» - значит исчезли те

рудименты отношения к действительности, которые были заранее. Был ли этот процесс утраты уллюзий мгновенным? Только ли повторный просмотр картины перевернул представления Абрамова? Думается, что нет. «И все стало на свое место» - вот фраза-ключ к пониманию этой дневниковой записи. Просмотр картины стал завершающим фактом в сложном и уже к тому времени (середина 60-х) в основном зовершенном процессе переоценки традиционных

(официальных) исторических представлений. Один процесс завершился, другой лищь начался («...впервые... зашаталась романтика»). Романтика (романтизм) – категория эстетическая, а не только историческая. Произошло отделение конкретно-исторической составляющей мифа ( мифа о гражданской войне, в данном случае) от собтвенно художественной. Но теперь перед Абрамовым встает вторая проблема: можно ли, не соглашаясь с идеей произведения,

«любить» (по словам самого писателя; шире – ценить) его и далее исключительно за форму, художественное исполнение? Не будет ли это любованием «сумасшествием нации»? Абрамов не дает нам конкретного ответа, но сама логика размышлений над двоичной структурой художественного феномена позволяет убедить в глубоко аналитичном уме писателя, подвергающем проверке любой факт действительности. Абрамов как художник находиться в

постоянном поиске, и поиск этот актуален и значим не только для него одного, но для всего народа в целом. Абрамов не только анализирует (заметим это) свое восприятие картины, но и как будто переварачивает традиционную панораму рассмотрения объекта: из настоящего в прошлое. Писатель сначала напоминает о трагедии самоистребления («И это на протяжении 8 лет...») и только затем говорит о себе. Диалектика общего и частного,

объективного и субъективного, исторического и художественного, таким образом, очень наглядно проявляется в этой небольшой записи. В.М.Шушкин в середине 60-х годов задается подобными вопросами, исследуя проблему соотношения исскуства и деятельности, именно на кинематографическом материале. В 1965 году им написана статья «О фильме Марлена Хуциева «Мне двадцать лет»». Анализируя художественный эффект фильма, Шушкин пишет: «... Я