Детство, воспитание и лета юности Петра I — страница 5

  • Просмотров 13777
  • Скачиваний 841
  • Размер файла 35
    Кб

требованию, любил выпить. Впоследствии Петр назначил Зотова князем-папой, президентом шутовского «всепьянейшего собора». Курс учения в древней Руси начи­нался азбукой, продолжался чтением и изучением Часослова, Псалтыря, Апостольских деяний и Евангелия. Зотов начал со «славянского учения», то есть прошел с Петром азбуку, Часослов, Псалтырь, даже иэвангелие и Апостол; все это выучивалось вдолбежку. Вот почему потом Петр читал

на клиросе и пел не хуже дьячка. Здесь надо упомянуть, что помощником Зотова был Афанасий Нестеров, которьй;, по всей вероятности, и обучал Петра пению. Обучение письму шло позже чтения. Петр начал учиться писать, кажется, в начале 1680 года и ни­когда не умел писать порядочным почерком. Петр действительно пло­хо был обучен грамоте; он писал, не соблюдая правил тогдашнего правописания, с трудом выводя буквы, не умея разделять слов;

писал слова по выговору, между двумя согласны­ми то и дело ставя твердый знак-«всегъда», «сътрелять», «възяф» и так далее. Кроме письма и чтения, Зотов ничему не учил Петра, но он приме­нял прием наглядного обучения. Петр на досуге любил слушать раз­ные рассказы и рассматривать книжки с «куиштами», то есть кар­тинами, а также «потешные фряж­ские или немецкие листы», на кото­рых были изображены исторические и этнографические

сцены. Узнав об этом, царица Наталья Кирилловна приказала выдать Зотову «истори­ческие книги», рукопись с рисунка­ми из дворцовой библиотеки и зака­зала живописного дела мастерам Ору­жейной палаты несколько новых ил­люстраций. Так составилась у Петра коллекция «потешных тетрадей», в которых были изображены золо­том и красками города, здания, ко­рабли, солдаты, оружие, сражения и «истории лицевые с прописьми»,

иллюстрированные повести и сказ­ки с текстами. Все эти тетради Зо­тов разложил в комнатах царевича и, когда он начинал утомляться книж­ным чтением, брал у него из рук книгу и показывал ему картинки, со­провождая обзор их пояснениями. При этом он, как пишет Крекшин, касался и русской старины, расска­зывал Петру про дела его отца, про царя Иоанна Грозного, заходил и к более отдаленным временам Дмит­рия Донского, Александра

Невского и самого Владимира. Вот почему впоследствии Петр Великий прида­вал особое значение русской исто­рии для народного образования и много хлопотал о составлении по­пулярного учебника по этому пред­мету. В этом сказывалась, быть мо­жет, память о Зотове, который вел свое дело добросовестно и пользо­вался неизменным расположением Петра, не забывавшего своего на­ставника. Когда исполнилось Петру десять лет, его начальное