Человек в огне гражданской войны 2 — страница 2

  • Просмотров 319
  • Скачиваний 8
  • Размер файла 19
    Кб

своекорыстие, приспособленчество к обстоятельствам. С молоком матери впитали они понятие: «Честного слова не должен нарушать ни один человек, потому что иначе нельзя будет жить на свете» — слова шестнадцатилетнего Николки Турбина. Как. и всем в это грозное время, им необходимо определиться, решить важные вопросы: как жить, с кем идти, кого и что защищать?Высшей драматической точкой, пределом напряжения служит в романе сцена в

гимназии, когда полковник Малышев, собравший в актовом зале вооруженных юнкеров, прямо со смотра распускает их по домам: он не хочет посылать этих молодых ребят на убой и позор, потому что защищать «пустоту», «гул шагов» бессмысленно.Чувство усталости и стыда охватывает героев. Старый мир рушится окончательно и безвозвратно, его устои подорваны не только извне, но и в душах людей, «сбитых с винтов жизни» революцией и

войной.Каков же выход? Автор не дает нам прямого ответа на вопрос. Но конец романа глубоко символичен, в нем надежда на торжество справедливости, мысли об ответственности людей перед историей и друг другом: «Все пройдет. Страдания, муки, кровь, голод и мор. Меч исчезнет, а вот звезды останутся, когда и тени наших тел и дел не останется на земле».Исторически достоверно рисует Б. Пастернак в романе «Доктор Живаго» картину разрухи и

голода, воцарившихся в России в начале двадцатых годов: «На долгий период постоянной пищей большинства стало пшено на воде и уха из селедочных головок…»Перед глазами читателя проходит вся Россия — от Москвы до Урала и далекой Сибири, охваченная гражданской войной. Переполненные вокзалы, где «вольные люди» с детьми, узлами, мешками, расталкивая и топча друг друга, пытаются сесть в отходящие поезда. Небольшие станции, на которых

хозяйничают комиссары в кожаных куртках и бойко идет торговля — обмен всем, чем попало: от старинных драгоценностей до ветхой одежонки и все это только для того, чтобы выжить в условиях, голода, холода и болезней. Судьба сталкивает самых разнообразных людей. Рядом с семьей Живаго, едущей на Урал, «следовало несколько набранных в трудармию». Среди них «седой революционер, перебывавший на всех каторгах старого времени и открывший

новый ряд их в новое время, мещанин, попавший под облаву, шестнадцатилетний сирота, посланный из деревни в учение. На одной из станций Юрия Андреевича Живаго, сошедшего ненадолго с поезда, арестовали и чуть было не «пустили в расход». К счастью, он оказался «не тем, кого искали», и ему была дарована жизнь. Но на далеком Урале было неспокойно. Красные и белые, с переменным успехом тесня друг друга, сметали все на своем пути. История