Болдинская осень — страница 2

  • Просмотров 2052
  • Скачиваний 219
  • Размер файла 7
    Кб

стихотворений. Тематика всех этих вещей чрезвычайно разнообразна, но нетрудно заметить, что когда человек начинает темой гробовщика и кончает темой чумы, то он недалёк от мысли о смерти; об этом свидетельствует и некоторые из стихотворений, написанные тогда же . Это становится понятным, если вспомнить, что жестокая холера охватила страну. Однако присущее поэту мужество и здесь не изменяет ему: не темы владеют поэтом, а поэт

владеет темами. В «Гробовщике» все ужасы оказываются простой фантазией подвыпившего героя рассказа, а в «Пире во время чумы» дана такая сила упоения жизнью, что она заставляет преодолеть даже самое сознание близости смерти: Всё, всё, что гибелью грозит, Для сердца смертного таит Неизъяснимы наслажденья - Бессмертны, может быть залог! И счастлив тот, кто средь волненья Их обретать и ведать мог. Чтобы подобное ощущение не было

результатом простого нервного подъема, явствует хотя бы из того, что оно было знакомо и совсем юному Пушкину. Так, в лицейском «Послании к Юдину» (1815) встречаем строки, заключающие ту самую мысль, слитую в одно целое с чувством, которую мы только что привели из гимна чуме. Вот эти юношеские строки: Питомец муз и вдохновенья, Стремясь фантазии вослед, Находит в сердце наслажденья И на пути грозящих бед. О чем же они говорят? Все о том

же: не только об утверждении борьбы с «грозящими бедами», но и о том высоком наслаждении жизнью, которое дает эта борьба. Беляев Дмитрий.