Азиатский путь развития государства — страница 6

  • Просмотров 676
  • Скачиваний 23
  • Размер файла 27
    Кб

израильтянами зависимых ранее от Египта ханаанейских городов-государств. Своеобразным сочетанием следующих одно за другим внутреннего распада раннеклассовых структур и подчинения соответствующего населения пришлыми скотоводческими племенами в позднебронзовом веке отмечена и история Иранского нагорья (с прилегающими южными областями Средней Азии) и северной половины Индостана. В этих регионах общины, образовавшиеся в

процессе деструкции существовавших здесь раннеклассовых социумов (цивилизации долины Инда и городов-государств типа Мундигака, Сиалка, Алтын-Депе или Джаркутана), на протяжении II—начала I тысячелетия до н.э. оказываются в подчинении у индо-иранских ариев. При таком ракурсе рассмотрения можно, как кажется, уловить начало расхождения между теми двумя базовыми типами социокультурных систем, которые традиционно

противопоставляются друг другу как «Запад» и «Восток». Раннеклассовые общества Эгеиды бронзового века по всем основным параметрам вписываются в один непрерывный ряд с современными им «дворцовыми» городами-государствами Малой и Передней Азии — хеттскими и хурритскими, финикийскими или ханаанейскими. Ничего специфически «западного» в них еще нет. Однако осмысление действий героев той эпохи в гомеровском эпосе — спустя

четыре столетия после взятия Трои и последующего крушения всего крито-микенского мира — свидетельствует о появлении совершенно нового общества. Характерной его чертой является идеал гармоничного, свободного в своем выборе человека, действующего вне рамок иерархически организованной системы власти, однако бессильного перед Судьбой, Роком — как извне предзаданной цепи событий, необъяснимых в системе осмысливаемых

причинно-следственных связей. Уже в эпоху архаики древний грек представляет социальные отношения как горизонтальные, как отношения в принципе равноценных друг другу людей, а не как вертикальные, нисходящие с высот власти до отдельных исполнителей царственных повелений. Конечной причиной того было рождение (на руинах микенской дворцовой системы) полисной общины как союза экономически самостоятельных домохозяйств, главы

которых и образуют высший коллективный орган власти - народное собрание. Избираемые ими из их же среды лица, которым на время доверяется выполнение общественных дел, во-первых, подотчетны гражданской общине, а во-вторых, не имеют в своих руках рычагов экономической власти над прочими членами общества. Иными словами, гражданское общество, как союз собственников — глав частных домохозяйств, порождает и контролирует